Книга Неоля в плену Востока, или Личный библиотекарь Сулеймана, страница 12 – Shy Hyde

Торговец отступил в сторону и склонил голову.

— Простите, моя госпожа. Я лишь…

— Ступай, Али, — не дала Махидевран ему объясниться. — Помоги Айле с выбором ткани.

Али послушался и удалился со служанкой в сторону снова разговорившихся девушек. Мир вновь обрёл краски и звуки, вот только Махидевран явно не планировала и дальше играть в “союзниц”. Подойдя практически вплотную, она прошипела Оле на ухо:

— Расскажешь, Алие-хатун, откуда ты так хорошо знакома с нашим дорогим торговцем? — она больно схватила девушку за локоть, не позволяя отодвинуться. — Али совсем недавно сменил почившего Джамиля, а ты уже успела так хорошо с ним сблизиться, что он даже зовёт тебя “госпожой”? Да кто ты такая? Моль.

— Я обозналась, госпожа, — попыталась объясниться Оля. — Когда я жила с семьёй, знала человека, очень похожего на этого торговца.

— Не ври мне, паршивка! — не удержалась Махидевран. — Я предупреждала! Если ты ведёшь двойную игру, то поплатишься жизнью. Я не буду травить тебя, как глупая Хюррем. Ты будешь гнить в мраке темницы, моля Аллаха о смерти…

Оля стиснула зубы. В душе закипал праведный гнев. Во-первых, хасеки была ничем не лучше Хюррем. Во-вторых… Да, Оля, конечно, допустила оплошность, но насколько нужно быть узколобой и помешанной на интригах и пакостях, чтобы не сложить дважды два в такой банальной ситуации?! Из того, что удалось понять, Алие вела достаточно неприметную жизнь. Она не успела даже привыкнуть к вниманию султана, как её отравили, потом кинули в темницу, и всё оставшееся время она находилась под личным присмотром самой Махидевран! Какая двойная игра? Какие заговоры? Захотелось ругаться. Возможно, нецензурно. Но как уважающий себя библиотекарь Оля сдержала неблагородный порыв. Однако страх и благоговение перед величием жён султана, оказавшихся простыми склочными стервами, поутихли, поэтому она не отказала себе в удовольствии блеснуть умом. Слегка отстранившись, девушка повернулась к Махидевран. Прямо взглянув в злые глаза черкешенки, она улыбнулась и тихо произнесла:

— Как будет угодно, Махидевран-султан, вот только… — Оля сделала многозначительную паузу. — Есть опасность, что и вы окажетесь за решёткой вместе со мной, ведь меня обязательно будут допрашивать, а я очень пуглива и не терплю боли… Что если повелитель узнает о ваших планах? О том, что я лишь пешка в игре против его любимицы Хюррем? Это может ударить не только по нам с вами, госпожа. Подумайте о шехзаде Мустафе. Он так привязан к отцу. Весь дворец это знает.

Махидевран сильнее сжала локоть девушки и зло скрипнула зубами. Оля резко отдёрнула руку и поклонилась.

— Ты… — зашипела женщина.

— Мы делаем общее дело, госпожа, — перебила Оля. — И если я говорю, что обозналась, значит, так оно и есть. Мне нет нужды вас обманывать.

Не дожидаясь ответа, девушка направилась к служанкам и, приглядевшись к отрезам тканей, выбрала три наиболее подходящих. Спину жгло от взгляда Махидевран, но Оля продолжала изображать беззаботность. На Али, которого так и подмывало назвать Олегом, девушка старалась не смотреть. Те чувства и эмоции, что она испытала, подумав, что перед ней знакомый таксист, ещё предстояло обдумать и уложить по полочкам в голове, но когда представится возможность остаться наедине со своими мыслями, можно было только гадать.