Книга Креахоновая крепость. Водовороты времени, страница 84 – Тамара Рыльская, Герман Рыльский

Тим Каев был ненормальным, это все знали. А ещё он был гениальным вентрологом, то есть умел говорить, не шевеля губами. В прежние века в театрах часто выступали чревовещатели с марионетками, но сейчас вентрология была редким, забытым искусством. Когда Тим появлялся с Эдвардом на ярмарке, вокруг мигом собиралась толпа зевак. Говоря по очереди за себя и за куклу, Тим Каев разыгрывал забавные диалоги. Он спорил с Эдом о политике, моде и привычках инопланетян. Тим не готовился заранее, каждый раз это была чистая импровизация.

Яналия сдалась и отложила коммуникатор. Тим Каев имел манеру в упор, не мигая смотреть на собеседника. Уж лучше поговорить, чем молча сидеть под его неподвижным, рыбьим взглядом.

— Сегодня у тебя выходной? – спросила Яналия первое, что пришло в голову.

— Нет, я работал в холле, – вздохнул Тим. – Но решил закончить пораньше.

— Почему?

— Из-за тебя, конечно.

— Э-э… чего? – опешила Яналия.

— Я хотел посмотреть «Пробуждение Гуула». Давно не видел, как ты выступаешь. Когда ты летишь под куполом, то похожа на сверкающую птицу.

— А, понятно, – кивнула девушка и тут же попыталась перевести разговор обратно в безопасное русло: – И что, много народа собралось вас послушать?

— Много, – сказал Тим.

— Даже слишком, – добавил Эдвард.

— Ты, наверно, хотел с мамой увидеться? – Яналия надеялась, что Тим вспомнит о цели своего визита и оставит, наконец, её в покое.

— Нет, мама на дежурстве, ей некогда.

— Он с тобой хотел увидеться, – ввернул Эд. – Чего тут непонятного?

Яналия уставилась на куклу. Иррациональность происходящего повергала в ступор. На корабле хватало эксцентричных персон, но Тим Каев кому угодно давал фору.

— Ты не доработала номер, – сказал Тим. – Я думаю, Стрикт что-то не понравилось в твоих показателях. Сама бы ты не попросилась, только в крайнем случае. Так или иначе, тебя должны были послать к Витцу.

«Сообразил же!» – поразилась Яналия. Вообще, Тим Каев был не обделён умом, а ещё чувством юмора и актёрскими данными… и в то же время балансировал на грани безумия. Дело в том, что Эдвард был не просто куклой, он был альтер эго Тима. Доктор Витц называл это «расслоением сознания».

Бывало, что правдоруб Эд подставлял своего напарника, не позволял схитрить. Из-за прямодушия Эда они с Тимом могли ссориться и подолгу не общаться, однако на вопросы посторонних отвечали – каждый со своей точки зрения. Понятно, что близких друзей у Тима не было. Он проводил время с Эдом, то есть сам с собой. Яналия считала, что рано или поздно Тим Каев окончательно съедет с катушек.

Одна из дверей приоткрылась, и послышался утробный бас, знакомый каждому обитателю корабля:

— Будь он неладен, этот кофе!

— Просто придерживайтесь схемы. Знаете, что говорят врачи? Разница между лекарством и ядом только в дозе.

Чувствуя неимоверное облегчение, Яналия вскочила с кресла.

— Всё, мне пора к доктору!

— Я был рад с тобой поболтать, – произнёс Тим.

Из кабинета появился мистер Валрус в тёмно-синем деловом костюме и оранжевом галстуке. За его широкой спиной маячил доктор Витц, а над головой кружили Айзек и Чапек. Директор враждебно зыркнул на Тима и Яналию.

— Здравствуйте, мистер Валрус! – поздоровалась девушка.

Директор пробубнил что-то нечленораздельное и, грузно ступая, покинул холл. Витц остановился в дверях кабинета, его единственный глаз вперился в Яналию.