Книга Я пересоберу ваш мир, страница 83 – Натали Карамель

— Жалко, — Дмитрий вздохнул.

Алексей дал ему подзатыльник.

— Не позорься.

Мы спустились ужинать.

За столом Дмитрий снова оживился. Подливал мне квас, пододвигал хлеб, рассказывал байки.

— А у нас в мастерской, барышня, знаете, какой случай был? Один мужик принёс паровую машину чинить. Разбираем мы её, а внутри — только представьте — бельчонок сидит. Рыжий, глазастый, трясётся весь. Как он там не сгорел — ума не приложу. С тех пор у нас в мастерской живёт, по станкам прыгает.

Я улыбнулась. Против воли.

— Ну вот, — обрадовался Дмитрий. — А вы говорите, не умеете веселиться.

— Отстань от девушки, — сказал Алексей. Но без злости.

Я посмотрела на него. Он сидел напротив, подперев щёку рукой, и смотрел на меня с каким-то странным выражением.

— Вы, барышня, — сказал он. — Долго в деревне жили?

— Всю жизнь, — ответила я.

— А сейчас привыкли к городу?

— Привыкаю.

— Трудно?

— Бывает.

Он кивнул, отвёл взгляд.

— В городе люди другие, — сказал он. — Жёстче. Злее. Не каждому под силу.

— Я справлюсь, — сказала я.

Он усмехнулся.

— Уверены?

— Уверена.

Дмитрий закатил глаза.

— Опять вы со своими разговорами. Барышня, может, в карты сыграем? Или в кости?

— Не умею, — сказала я.

— Научим, — он подмигнул.

Алексей снова дал ему подзатыльник.

— Пора спать.

Мы поднялись в комнату. Дмитрий упал на топчан, захрапел через минуту. Григорий устроился рядом, закинув руки за голову.

Я легла на кровать, отвернулась к стене.

— Не спится? — спросил Алексей.

Он сидел на своём топчане, расшнуровывал сапоги.

— Немного, — ответила я.

— Думаете о чём?

— О доме, — сказала я.

— Скучаете?

— Не знаю.

Он замолчал. Потом сказал тихо:

— Вы не похожи на деревенскую, барышня. Совсем.

— Я простая.

— Простые так не говорят, — он усмехнулся. — Простые молчат и кивают. А вы... вы смотрите так, будто всё знаете.

Я повернулась к нему.

— А что я должна знать?

Он посмотрел мне в глаза.

— Не знаю. Но я хочу выяснить.

Он отвернулся, погасил лампу.

В комнате стало темно. Дмитрий храпел, Григорий посапывал. Я смотрела в потолок и думала.

— Всё будет хорошо, — сказала я себе.

Глава 25. Взгляд

Утром мы двинулись дальше.

Дорога петляла между полями, поднималась на холмы, спускалась в низины. Солнце светило в спину, ветер дул с запада, пахло травой и дорожной пылью.

Дмитрий снова перебрался в нашу телегу.

— Скучно одному, — сказал он, устраиваясь напротив меня. — А вы, барышня, скучаете?

— Нет, — ответила я.

Он начал рассказывать.

О птичках, о цветочках, о том, как в прошлом году они с братом ездили на ярмарку в другой город и как там один купец пытался обмануть их с двигателями на паровую машину. История была длинная, с подробностями, с жестами и интонациями. Дмитрий играл все роли — и купца, и себя, и даже двигатель, который сломался в самый неподходящий момент.

Я смотрела на него и не понимала. Зачем он всё это рассказывает? Что ему от меня нужно?

— Смешно? — спросил он, закончив.

— Не очень, — сказала я.

Он расстроился.

— А вы, барышня, вообще улыбаться умеете?

— Умею, когда есть повод.

— Ну да, ну да, — он вздохнул. — Строгая вы.

Он замолчал, но ненадолго. Через минуту снова заговорил — о погоде, о дороге, о том, как хорошо поют жаворонки в полях. Я кивала, смотрела в сторону, отвечала односложно.