Книга Из небытия, страница 223 – Анастасия Шадрина

В этот момент дверь в покои приоткрылась. Ирис вздрогнула, быстро вытерла влажные от напряжения ладони и поспешно захлопнула книгу. На пороге стоял Хестер. Его лицо, впервые за долгое время, было озарено улыбкой.

— Отложи свои дела, – сказал он, протягивая ей ладонь. – Пойдём за мной. Я хочу тебе кое-что показать.

Ирис последовала за ним без особого энтузиазма. Когда они спустились в большой зал, она ощутила тепло камина, от которого пахло горящей смолой и сухими дровами. Перед огнём, присев на корточки, грел руки Райнард. Болезнь, державшая его в своих когтях, наконец начала отпускать: кожа перестала быть серой, взгляд обрёл ясность, а движения силу. Ирис замерла на месте, на губах появилась тихая, искренняя улыбка. Сделав шаг вперёд, она направилась к нему. Заметив её, Рейнард радостно замычал. Его асимметричное лицо исказилось в широкой, детской улыбке. В следующее мгновение он бодро поднялся на ноги и бросился к ней. Его объятия были крепкими, слишком крепкими.

— Ох, я тоже скучала, – прохрипела она, высвобождаясь из его цепких рук.

В этот миг Хестер подошёл ближе и обнял их обоих, соединяя в единый круг тепла и защиты.

— Наконец-то в нашей семье теперь будет всё хорошо, – произнёс он.

Ирис почувствовала, как её сердце предательски ёкнуло. Она хотела верить этим словам, хотела раствориться в этой хрупкой, но такой драгоценной иллюзии. Однако разум подсказывал, что это радостное мгновение – лишь пауза перед новой бурей.

Ирис провела с Райнардом целый день, стараясь не думать о собственном недуге. Лорд напоминал большого ребёнка, неискушённого и в то же время жадного до впечатлений. Они вместе гоняли по коридорам мягкий войлочный мяч, играли в прятки между колоннами, а затем Райнард, хлопая в ладоши и заливисто смеясь, вдруг принялся ловить собственную тень по стенам. Когда они вышли на прогулку, морозный воздух обжёг их лица. Райнард жадно вдохнул полной грудью и, точно щенок, радостно забегал вокруг Ирис, размахиваясь руками и оставляя на снегу широкие следы. После долгих дней, проведённых в лечебнице, в его поведении было что-то трогательное, будто он впервые увидел мир заново.

— Больше не играй в снегу, – Ирис наигранно пригрозила ему пальцем, поправив мех на плечах.

Райнард недовольно промычал, поморщив лоб, и, схватив за руку, потянул за собой. Ирис еле поспевала за ним. Она сразу поняла, что они направились к псарне. Сердце неприятно ёкнуло. После недавних событий ей совсем не хотелось туда возвращаться, но, видя блеск в его глазах, она не стала препятствовать.

Внутри, в прохладном полумраке, Райнард сразу плюхнулся в ворох душистого сена. Псы, заметив его, радостно залаяли и окружили со всех сторон. Несколько собак повалили его на спину и принялись облизывать лицо и руки, отчего Райнард стал громко смеяться. Ирис наблюдала за ним со стороны, прижимая руки к груди. Ей даже было немного завидно его умению так радоваться простым вещам, забывать о боли и страхе.

Вскоре, насытившись вниманием четвероногих друзей, Райнард вскочил и уверенной походкой направился в каморку бывшего псаря. Он распахнул дверь и заглянул внутрь, ожидая застать знакомое лицо. Увидев пустоту, его радость сменилась тревогой. Он наклонился и заглянул под стол, ища Маркуса. Его губы задрожали, из груди вырвался протяжный стон.