Книга Невеста в бегах. Хозяйка Запретных пустошей, страница 115 – Мария Минц

Я киваю, чувствуя, как по спине пробегает дрожь.

— А что может случиться? — робко спрашиваю я, хотя уже заранее ненавижу себя за малодушие. Тут же вижу, что Драгган колеблется и быстро добавляю:

— Пожалуйста, Седрик, скажи, как есть! Не надо щадить мои чувства, я должна это знать.

Седрик стискивает челюсти. Вижу, как у него на скулах ходят желваки.

— Тьма может попытаться ухватить тебя вместо неё, — отвечает он ровно. — Или обеих сразу.

И накрывает мою руку тёплой ладонью.

— Но я держу вас. Пока вы связаны со мной, она не сможет вас утащить.

Он делает короткий, уверенный кивок, словно ставит точку:

— Начнём.

И я, не отпуская Гленду, шёпотом повторяю:

— Начнём.

Седрик кладёт ладонь мне на затылок, другой — на плечо Гленды. На мгновение тишина становится звенящей — словно весь дом задержал дыхание.

И вдруг мир рвётся.

Меня бросает в ледяную темноту, густую, как смола. Я лечу — или падаю — не понимая, где верх, где низ, а где вообще я. Сквозь жужжащий мрак слышится едва заметный зов… слабый, тонкий, как колебание паутинки на ветру.

Гленда.

Она здесь.

— Гленда! — кричу я, но звук тонет, будто его проглатывают невидимые рты. — Гленда, пожалуйста, откликнись!

Ответ — слабая тень движения. Силуэт, дрожащий, едва различимый, как отблеск в глубокой воде. Я бросаюсь к нему, руки тянутся сами, и вот — пальцы касаются её пальцев. Холодные. Почти бесплотные.

Но это она.

— Я держу тебя, слышишь? — шепчу, срываясь на всхлип. — Я не уйду без тебя! Ни за что!

И в этот момент тьма оживает.

Я внезапно всем телом ощущаю её ярость. Дикую, необузданную, ярость хищника, у которого пытаются отнять добычу!

У меня перехватывает горло от накатившей паники. Внезапно обуревает страшное желание бросить всё, вернуться обратно и сбежать, спрятаться и навсегда забыть о том, что я пережила.

Но нет! Неимоверным усилием воли я заставляю себя продержаться.

— Уйди, — шепчу я, а сама не слышу своего шёпота, — уйди! Пошла прочь! Я не отдам тебе Гленду!

Но тьма упряма. Она сжимается вокруг нас, как гигантские когти. Рвёт. Вцепляется. Вихрем пытается выдрать Гленду у меня из рук, утянуть её глубже, туда, где уже не достанет ничья магия.

У меня перехватывает дыхание. Всё тело словно пропитывается льдом и ужасом. Пальцы немеют — я чувствую, как хватка начинает слабеть.

— Нет! — выкрикиваю я.

— Нет!! — ору я что было сил, собирая последние крохи силы, и голос срывается в сиплое хрипение, — Нет! Гленда! Не отпущу! Слышишь, не отпущу!

Я вцепляюсь в подругу обеими руками, до боли напрягая все мышцы. Где-то внизу — хотя в этом пространстве я не знаю, что такое “низ” разверзлась гигантская бездонная пропасть, над которой я удерживаю Гленду.

И тут — рёв.

Не громкий, не звериный — он идёт откуда-то изнутри тьмы, как удар золотого молота. Сквозь мрак прорывается вспышка драконьего огня — чистого, яркого, ослепительного. Он бьёт ошеломляюще мощной волной, и тьма визжит и корчится.

Внезапно я чувствую, как слабеет её хватка, и стиснув зубы, кидаюсь вперёд, чтобы вырваться из этого смертоносного объятия.

Я интуитивно чувствую — если не вырвусь сейчас, то мы с Глендой сгинем в кошмарной бездне.

— Джина! — слышу голос Седрика. Он звучит глухо, словно прорываясь сквозь толщу воды. — Сейчас! Давай!