Книга Его грешная одержимость, страница 38 – Виктория Кузьмина

— Те, с кем ты проводил… гон?

— Юна, я пометил тебя. И был твёрдо уверен, что ты мертва. Кроме тебя я никого больше не хотел. Всё для себя решил ещё тогда, когда ставил на твоей шее метку. В моей жизни и сердце и памяти есть место только для одной омеги и это ты.

Он провёл носом по месту, которое пять лет назад прокусил, и эта звериная ласка, послала жар по телу с такой силой, что я сжала его торс ногами, пытаясь унять то, что сейчас происходило. То, как моя омега млела под его словами и была готова отдаться ему в ту же секунду.

— Я не знала. Я думала, у тебя кто-то есть.

— Только ты. И я прекрасно понимаю, что моя жизнь изменится. Я чертовски счастлив, что это будет именно так. Что вы будете рядом со мной.

От его слов в носу защипало, и мне до сих пор слабо верилось, что я ему действительно нужна, хотя каждое его действие говорило об обратном. Но было кое-что, что я хотела знать прежде, чем дать согласие.

— Ответь на один вопрос. Мне важно это знать, прежде чем решить, ехать с тобой или нет.

— Говори.

— Когда ты тогда пришёл ко мне в камеру… Наш последний разговор. Ты сказал, что заберёшь меня в качестве постельной игрушки. Ты и правда собирался быть со мной таким жестоким?

Взглянула ему в глаза, ожидая ответа. Мне важно было понимать, насколько сильно он мог навредить мене тогда.

— Я не был готов тебя отпустить. От одного твоего вида в душе всё переворачивалось. Осознание, что ты будешь далеко крошило кости. Даже находясь под теми препаратами, которые в меня ввели, я не мог отказаться от тебя. Я был уверен, что ты меня обманула. Верил во все, что скажут. Испытывал ярость и боль. Но всё равно не был готов отпустить. Тебя должны были в тот вечер перевести ко мне. Домой. Юна, я бы никогда не причинил тебе вреда. Мой организм отчаянно боролся с той дрянью, что была во мне, и действие сошло через несколько часов, когда я ехал за машиной скорой помощи. В больнице я уже практически всё понимал здраво. Кроме того, что тебя рядом со мной больше нет.

Я смотрела на него, слушала каждое слово и не чувствовала лжи. Находясь с ним лицом к лицу, замечала мелкие морщинки вокруг глаз, выдающие бессонные ночи, нервы и страдания, через которые ему пришлось пройти за все эти годы.

— Мы поедем с тобой.

* * *

— Ты в своём уме, Юна?! Да какого чёрта ты вообще творишь?!

Аргон ходил по своему кабинету, не находя себе места, и он был зол так, что это чувствовалось физически.

— Ты понимаешь, что, если ты туда попадёшь, обратной дороги уже не будет? Я просто второй раз тебя оттуда вытащить не смогу. Защитить тебя тоже не смогу.

— Я всё понимаю. Но он раскаялся в своих ошибках. И Кай к нему тянется, и… — Не стала добавлять, что тоже тянусь. И так всё было понятно. — Аргон, пойми, рано или поздно мы бы всё равно встретились. Опасность может быть в любом месте. Но я хочу попробовать.

Аргон сел за стол, сложил ладони в замок и упёрся в них лбом.

— Я не понимаю… Юна, он чудовище. Ты ведь не знаешь вообще ничего о том, что произошло за эти пять лет. Те поступки, которые он совершил…

Я догадывалась, о каких поступках говорит брат. Но если и узнавать, то узнавать от самого Каина. Пять лет — это огромный пласт времени, и я надеялась, что он расскажет мне всё. Поэтому я понимала, почему Аргон считает его чудовищем, и ещё большим, чем Деза был раньше. Он никогда не был хорошим.