Книга Незаменимая помощница императора, страница 80 – Ольга Дмитриева

— Это оно и есть, — поспешно выпалила я. — Только… для фениксов!

— Она врет, — тут же перебил меня Дустре. — Не слушайте эту дуру! Фениксы не женятся. Фэнхи никогда не поступится своей силой. Ему плевать на эту картинку. Кроме того, во дворце в ближайшее время будут заняты другим. Пробуждайте родовой источник, а я заберу то, что мне нужно.

С этими словами он коснулся заостренным кончиком пера черной линии на моей руке. Тут нахмурился уже мой отец.

— Вы обещали, что отправитесь выполнять свою часть плана, — напомнил он. — Сделаете так, чтобы в Пурпурном дворце всем стало не до беглой адептки. Но вы все еще здесь…

В глазах Дустре мелькнула ярость. Но он все же признался:

— Сначала мне нужно забрать у нее эту магию. Без нее ничего не выйдет.

Судя по тому, как переглянулись Хвальман и мой отец, северяне начали соображать, что их план начинает рассыпаться, а союзник оказался вовсе не таким могущественным, как ожидалось.

Отец указал на черное перо и обвиняюще произнес:

— Я думал, вам для этого нужен только этот древний артефакт.

Но Дустре властно бросил:

— Быстрее. Как только ее магия стражей соединится с источником, я заберу свою и исчезну. А во дворце начнется такое… Про вас никто и не вспомнит.

Я не выдержала и процедила:

— Это не твоя магия. Она принадлежала Катрине. Это ты украл ее и присвоил, чтобы использовать для своих темных делишек.

Дустре повернулся ко мне и с усмешкой произнес:

— Ты знаешь про Катрину? И после этого ты поверила, что Фэнхи женится на тебе из-за этой картинки на руке? Тебе просто дурят голову. Возможно, через несколько дней ты порадуешься тому, что станешь невестой другого.

Его взгляд и тон, которым он произнес последние слова, мне совсем не понравились. Сердце сжалось от тягостного предчувствия беды. Элиас всегда говорил, что сейчас ему невозможно навредить. Но артефакт из пера скрира отличался от всего, что я когда-либо видела. И теперь внутри поселился страх. Потерять Элиаса я боялась гораздо больше, чем стать невестой старика…

Острый край пера проткнул мою кожу, а Дустре толкнул меня к сверкающему камню. Хвальман не спешил делать шаг вперед, да и отец молчал. Я изо всех сил попыталась воспротивиться, но снова не смогла шевельнуться. А вот магия внутри — смогла.

Искра золотого света вспыхнула внутри, хотя на мне больше не было пера. После этого магия начала нарастать скачками. Никогда еще внутри меня не было столько силы. Теперь я захлебывалась в ней, мое тело окружил золотой свет, который заставил отца и Хвальмана попятиться.

Элиас сказал правду… Сила, которую даровало мне озеро, была невероятна.

Дустре ругнулся и вонзил перо в мою руку еще сильнее, но мне было наплевать. Я все еще не могла двигаться. Только магия продолжала нарастать. Вместе с нахлынувшей силой и золотым светом я словно выплескивала свой страх и отчаяние. Как будто звала кого-то…

И он пришел.

Подземелье озарила огненно-рыжая вспышка. Когда она рассеялась, рядом с нами стоял Элиас. В его взгляде полыхала ярость, какой я еще не видела.

Дустре отпрянул и крикнул:

— Не шевелись! Иначе проклятие убьет ее.

Взгляд Элиаса упал на мою руку, в которую впивалось перо. Тончайшая струйка крови стекала по белой коже, алые капли оросили расшитый золотом подол платья. Лавандовые линии окружали острый стержень пера и переплетались с линиями такого же лавандового узора на артефакте.