Книга Пленница жестокого Севера, страница 74 – Анна Рейнс

Но тогда мой дракон, скорее всего, ослабнет. Нет, нельзя этого делать, пока я не вычислю главного кукловода. Пока я со всем не разберусь или не избавлюсь от этой связи, она будет жить.

Я выхожу из комнаты Фреи, когда она, довольная, засыпает. Возвращаюсь к себе и первым делом пью отвар от тьмы.

А спустя две недели получаю новость. Фрея ждет ребенка.

Айварс Вальдрейк

Гости съезжаются на Фарнвальд рано в этом году. Стягиваются с разных уголков Норхаделя — кто в драконьей ипостаси, кто по земле. Замок наполняется голосами, чужим присутствием, опасностью.

Запахом подкрадывающейся беды.

Фрее с каждым днем все хуже. Увядает буквально на глазах. Кланы быстро прознают о ее состоянии. Навещают, принося дары. В каждом вижу угрозу. Умрет она — ослабну и я. Еще эта наша связь, что все сильнее ощущается удавкой на шее.

Я ведь абсолютно все чувствую. Ее страх. Безысходность. Отчаяние.

Собственные эмоции приходится запереть на замок. Превратить в кусок льда, безмолвную глыбу. Кажется, уже не только от нее, но и от самого себя прячу. Чтобы с ума не сойти.

Инстинкты требуют защищать пару. Разум подначивает одним движением оборвать ее жизнь. Есть ведь зелья. Они замедлят отток магии. На какое-то время. Но дракон все равно должен будет потерять все силы при смерти истинной. Как ни крути.

Кланы хотя бы на родовую магию могут положиться. Черпать из нее резерв. У меня такой роскоши нет. Магия рода Вальдрейк поддерживает защиту от тьмы для всех жителей Норхаделя.

Приходится отдать одного из самых сильных драконов для охраны Фреи. Роалд, мой давний друг, что совсем недавно занял пост начальника стражи. Спокойный, ответственный и надежный. Уверяет, что меня не подведет.

Он и правда рьяно бросается исполнять обязанности. Даже слишком рьяно, пожалуй. Составляет ежедневные отчеты. Что ела, во сколько принимала лекарства, кто приходил. А в один из дней обращается ко мне с просьбой.

— Вчера к тейре Вальдрейк приходил клан Хельзарт. Рассказывали про целительницу, что спасла одного из их людей недалеко от западной границы. Ее Верайя зовут. В тех местах ходит слава, что она способна любой недуг исцелить. Я вырос там, смогу быстро найти, где живет. Прикажите мне привести ее в замок, Владыка. Я не подведу.

Разглядываю его лицо несколько секунд. Не могу понять, что настораживает. То, с какой преданностью смотрит? Так он и должен смотреть… с таким выражением. Или нет?

— И кто именно рассказал?

— Инга. Инга Хельзарт, — отвечает Роалд. Киваю.

— Оставь трех своих лучших людей у покоев Фреи.

А сам думаю: какая, собственно, разница.

Одним целителем больше, одним меньше. Может, с этой Верайи и будет толк. Вспоминаю, что несколько месяцев назад в замке был Владыка Запада со своей истинной. В ее сумке нашли зелья — с невероятно чистой магией.

Тогда жена Владыки сказала, что не помнит имя знахарки, что их сотворила. Я подобной магии больше не встречал. Может, это и есть та целительница.

Честно говоря, особых надежд я на нее не возлагаю. Иногда кажется, что ворота замка не закрываются, впуская вереницу лекарей, целителей, травниц. Каждый уверен, что именно он способен исцелить истинную Владыки.

Но на деле даже не могут увидеть, что она… не больна.

Верайю привозят через три дня. С рассветом. Стою у открытого окна, вдыхая морозный воздух, и вижу приближающуюся карету. Останавливается перед замком, и из нее выходит женщина. Только и вижу рыжую макушку. Точно пламя, разгоревшееся посреди бесконечной стужи и снега.