Книга Гербарий Жанны, страница 71 – Изабель Шави

Каждый вечер путники останавливались на новом постоялом дворе при почтовом отделении. Комнаты сменяли друг друга, но все они были похожи как две капли воды: почерневшие от копоти балки, прогорклый запах капусты и сала, вопиющий беспорядок и минимум гигиены. Почти всегда номера были грязными и убогими, настоящими лачугами, с тонкими, как бумага, перегородками, где трудно было уснуть. После наспех проглоченного ужина в общем зале и короткой тревожной ночи Жанна с Филибером выезжали с рассветом, измученные и разбитые.

На первой же остановке Жанна избавилась от женских нарядов и переоделась слугой: простая льняная рубашка, коричневые бриджи, куртка из грубого сукна и гетры в качестве чулок. Она перевоплотилась без малейшего душевного напряжения, полная решимости и стремления покончить с прежним. В отличие от Филибера, Жанна вовсе не чувствовала себя ущемленной. Напротив, ею двигало какое-то тайное ликование. Она готовилась к самому большому, самому невероятному приключению в своей жизни. Какими далекими казались ей родная деревня и первые годы маленькой крестьянки! Возможно, невероятная судьба было ей определена при рождении, но никто не поверил бы этому даже на мгновение.

Без единого слова Филибер помог ей перевязать грудь, туго натягивая ткань до тех пор, пока уже нельзя было заподозрить ни малейшей женской округлости. Затем Жанна взялась за свои волосы, что стало финальной жертвой. В номере не нашлось зеркала, в котором она могла бы созерцать свою метаморфозу, но красноречивого взгляда Филибера оказалось достаточно. У его босых ног густым шелковистым ковром лежали ее каштановые волосы. Заметив огорченное лицо возлюбленного, молодая женщина чуть не поддалась побуждению утешить его: «Ничего, еще отрастут!»

Оставшись без пышной шевелюры, Жанна казалась еще более миниатюрной. Она была похожа на хрупкого юношу с живыми, искрящимися глазами. Оставался голос, несомненно женский. Возможно, придется выдать себя за кастрата. Как она ни старалась сделать голос более мужественным, получалось фальшиво даже для ее слуха. Да и щеки у нее навсегда останутся гладкими, без щетины. Жанна с Филибером пристально посмотрели друг на друга. Она чувствовала, что возлюбленный очень встревожен. Уловка могла не сработать; больше всего они боялись внезапной разлуки, того, что в последний момент их разоблачат и без суда и следствия оторвут друг от друга, даже не дав времени попрощаться.

Город Рошфор – начало их путешествия в колонии – был основан во времена правления Людовика XIV. Его выстроили по строгому плану на том месте, где раньше были только болота, воспользовавшись стратегическим положением – местом, защищенным ниже по течению островами Экс и Мадам и соединенным с внутренними районами рекой Шарантой. Хорошо укрепленный, с большими зданиями из тесаного камня, оснащенный самым мощным военным арсеналом, город переживал экономический взлет.

По прибытии пара сняла комнату в гостинице «Четыре ветра», недалеко от арсенала и берега Шаранты. Затем, не теряя времени, Филибер отправился представиться капитану «Звезды», Франсуа Шенару де ла Жиро, бывшему товарищу по оружию Бугенвиля в Канаде.

Предоставленная самой себе, Жанна поддалась искушению осмотреть город в новом облике, чтобы испытать как свой новый костюм, так и роль, которую она должна будет безупречно исполнять в течение многих месяцев. Отныне ей придется жить и думать как мужчина, при любых обстоятельствах следить за позами и манерой держать себя. Упражнение столь же опасное, сколь и волнующее. А вдруг она не справится? Вдруг задача и вовсе неисполнимая? Удивляясь своему отражению в оконных стеклах, Жанна с трудом узнавала себя. Она внимательно разглядывала походку мужчин, которых встречала, запоминая мельчайшие детали, даже самые пустячные. Ей придется избавиться от большинства своих привычек, еще больше обострить наблюдательность и отдать предпочтение немоте, избегая несвоевременной и опасной болтовни.