Книга Крёстные матери. Женщины Коза ностры, Каморры, Ндрангеты, страница 14 – Алекс Перри, Фелия Аллум

Алессандра оплакивала соучастие своих соседей в этом обмане, даже понимая его причины. Десятилетия спустя, читая сенсационные газетные репортажи о мафиозных похождениях, она реагировала так же, как в детстве. Факты о тирании и убийствах были очевидны. Зачем приукрашивать их? Однако Алессандра искренне ненавидела то, как посторонние помогали мафии создавать мифы. Через год после ее рождения американский писатель Марио Пьюзо, автор бульварных журналов, продал сценарий, адаптированный по его книге «Крестный отец», студии Paramount за 100 000 долларов. Два года спустя Фрэнсис Форд Коппола снимал Аль Пачино в фильме на натуре в Савоке, в двадцати пяти милях к югу от Мессины.

Фильм, один из самых успешных за всю историю кино, содержал элементы правды. Семья Корлеоне была преступным синдикатом к югу от Палермо. Также в 1950-х годах внутри мафии действительно возникли разногласия по поводу того, стоит ли заниматься наркоторговлей, и этот спор привел к внутренней войне. Непростительным для Алессандры было то, как Голливуд использовал повседневную трагедию южных итальянцев как прием, чтобы сделать свои драмы более захватывающими. Она не разделяла сочувствия Копполы к мужчинам, убивавшим своих жен и подруг. Она не понимала и женщин – пассивных, легкомысленных созданий, позволявших своим мужчинам вести их от любви к предательству и ранней смерти. Она также не узнавала ни мрачного величия, ни траурной напыщенности фильма в крови, заливавшей сточные канавы по дороге в школу. Когда Алессандре было десять, два честолюбивых босса, Сальваторе Риина («мясник из Корлеоне») и Бернардо Провенцано («трактор», прозванный так, по словам одного информатора, «потому что он косит людей»), начали то, что стало тотальной мафиозной войной, убив нескольких сицилийских соперников. Последующее пятнадцатилетие, охватившее большую часть юности Алессандры, стало известно как la mattanza – «бойня». Погибло более 1700 сицилийцев. Мафиози расстреливали в машинах, в ресторанах, когда они шли по улице. В один только день в ноябре 1982 года в Палермо было убито двенадцать мафиози в двенадцати отдельных покушениях. И все же, несмотря на все это, в Мессину приезжали иностранные туристы, спрашивая дорогу в деревню из «Крестного отца». «Нет», – думала Алессандра. Это был отвратительный, намеренный самообман. Это была ложь. Это нужно было исправить.

Когда Алессандре было восемь, ее учительница попросила класс написать сочинение о том, кем они хотят стать, когда вырастут. «Дайте волю воображению, – сказала учительница. – Вы можете быть кем угодно, где угодно в мире». Воодушевленные возможностью сбежать от насилия и страха Мессины, большинство одноклассников Алессандры написали фантазии о том, как станут принцессами, переедут в Америку или полетят на ракете на Луну. Алессандра сказала, что останется на месте. «Я хочу стать антимафиозным прокурором, – написала она. – Я хочу сажать гангстеров за решетку».

Ради осуществления своей мечты в 1987 году, в возрасте девятнадцати лет, Алессандра села на поезд на север, чтобы стать студенткой юридического факультета. Прибыв на следующий день на центральный вокзал Рима, она оказалась в другой стране. Но Алессандра быстро адаптировалась. Она окончила Миланский университет в 1990 году, получила квалификацию магистрата в 1997 году и быстро стала специалистом по организованной преступности. В течение следующих двенадцати лет она расследовала экспансию Ндрангеты на севере Италии, помогала в судебном преследовании за уклонение от уплаты налогов на миллиарды евро в мире искусства, была судьей в громком деле о вербовке террористов и в один спокойный уикенд вышла замуж за подающего надежды офицера карабинеров по борьбе с мафией.