Книга Семь футов под килькой, страница 32 – Елена Логунова

— Ой, Люся, не скажи! – заспорил братец. – Какой-нибудь театр и от бутафорского рояля не откажется, немного подшаманить – и он прекрасно будет смотреться на сцене.

— И не забудьте о профессиональных фотографах! – встрепенулся Петрик. – Они же предлагают толстосумам пафосные фотосессии в дорогих интерьерах, так что с руками оторвут наш рояль!

— Наш? – чуточку скис Эмма в трубке. – То есть Петрик тоже претендует на долю? Тогда давайте определимся с ценой, я-то думал выставить рояль на «Авито» тысяч за пять…

Вжух! Я перенеслась в воображаемый мир и выхватила из воздуха красно-оранжевую купюру. Сработало!

— Минимум за семь пятьсот, – сказал Петрик, сделав наценку с учетом предстоящего дележа на троих.

А я подумала: странно, что Эмма не провернул эту коммерческую операцию в одиночку, – и проницательно спросила:

— Ты мне зачем позвонил? Тебе понадобились мое согласие и благословение?

— Мне понадобилась твоя помощь! Я сам не затащу эту гробину в именьице, придется и вам поработать грузчиками! Сможете подъехать поскорее? Я уже тут, на свалке, караулю наш рояль, чтобы его не свистнули. А то умных много…

— Жди, мы сейчас приедем! – пообещала я и, спрятав телефон, залпом допила остывший кофе.

Через полчаса мы с другом уже шагали по проселку, на ходу обсуждая варианты транспортировки инструмента в именьице. Я предлагала не выпендриваться и попросту перенести рояль на руках, а Петрик думал, что можно попробовать катить его, как тачку, на двух уцелевших ногах, оснащенных колесиками.

— Я погуглил: такой рояль, как наш, только целый, весит примерно триста кило, – рассуждал он, – а без начинки, я думаю, килограммов двести…

— Начинка! – Я остановилась и хлопнула себя по лбу.

— Комары? Уже? – встревожился Петрик и застегнул рубашку под горло.

— Не комары, – успокоила его я. – Просто я вспомнила про парня, который лежал в рояле. Ты не думаешь, что это из-за него за нами слежка?

— Не вижу серьезных оснований для подобного предположения. И слежки тоже не вижу! – Петрик демонстративно огляделся, покрутившись вокруг своей оси.

— Эй! Эй! Мы здесь! – Эмма на свалке, к которой мы уже приблизились, неправильно понял Петриково кружение и запрыгал, замахал руками, как Робинзон Крузо при виде паруса.

— Кто – мы? – уточнила я, подходя поближе. – В рояле еще кто-нибудь нашелся?

Мало ли что. Это ведь очень странный рояль. Может, он такой… рояль-самобранка. Как ни откроешь – там сюрприз.

— Я не проверял! – Эмма встревожился, приложился к роялю ухом, деликатно постучал костяшками пальцев и прислушался.

Я подергала крышку – она была все так же заколочена.

— В именьице посмотрим, в приватной обстановке, – решил за всех Петрик. – Ну-ка, беремся и пробуем эту гробину поднять… Ы-ы-ы… Нет, тяжеловато будет.

— А катить по дороге рояль не получится, у него ножки не достаточно широко расставлены, они не впишутся в колеи, – рассудила я.

— Вот потому-то я принес это! – Эмма указал на пестрое полотнище, брошенное к ногам рояля.

— Это же скатерть.

— Клеенчатая! То есть скользкая! И достаточно большая. – Братец засуетился, разворачивая просторную скатерть. – Теперь так: аккуратно, чтобы не уронить, переворачиваем инструмент, укладываем его крышкой вниз и тащим по травке к себе в именьице.

— Отличный план, – одобрила я.