Книга Натрия Хлорид, страница 38 – Юсси Адлер-Ольсен

Карл нахмурился и встал. Для него оставалось загадкой, как взрослые люди могут лгать так очевидно.

— Асад, нам пора прокатиться, идем! — сказал он, увлекая его за собой к парковке.

— Что случилось? — спросил Асад, закидывая ноги на панель над бардачком.

— Что случилось?! Мое шестое чувство подсказывает мне, что эта Паулина была гораздо ближе к покойному Палле Расмуссену, чем хочет признать.

Они подъехали к её таунхаусу в Херлеве в тот самый момент, когда она выходила из дома с тяжелой картонной коробкой в руках.

Её волосы были всклокочены, как и спортивный костюм, в который она была одета.

— А она чертовски торопилась, — сказал Карл и вырулил служебную машину наполовину на тротуар, перегородив путь автомобилю с настежь открытым багажником.

Увидев Карла и Асада в машине, она замерла.

— Добрый день, Паулина, — сказал он с улыбкой и кивнул Ассаду, который тихонько вытащил картонную коробку из её рук. Она могла бы апеллировать ко всем своим правам и к полному их отсутствию у Карла Мёрка — но вместо этого застыла на месте, не в состоянии ответить на его приветствие.

— Может, нам помочь тебе избавиться и от этого тоже? — спросил он, указывая на её заполненное заднее сиденье. — Тогда ты сможешь поскорее вернуться к своим делам.

Она тихо кивнула. — Я не сделала ничего противозаконного, — сказала она дрожащим голосом. — Может быть, вы и найдете что-то, чем я не особо горжусь, но я просто ревновала, и ничего больше.

— Есть поклевка. В этой коробке компьютер, Карл, — сказал Гордон, открывая третий и самый большой ящик на письменном столе. — Это старый Apple iMac G4, он уже, должно быть, денег стоит как антиквариат.

Карл улыбнулся. — Попроси ребят с четвертого этажа помочь войти в него, Гордон. Напомни им, что долг платежом красен.

— А может, я сам попробую его вскрыть? — самоуверенно спросил он.

— Можешь попробовать, но не забывай про свои дела. — Карл указал на стопки папок.

— И, Асад, чем это здесь пахнет? Ты что, собираешься открывать кебабную? — Он рассмеялся, но осекся, когда тот указал на кастрюлю, стоявшую на электроплитке в углу за растущей коллекцией рождественской мишуры и ниссе Гордона.

— В эти ковидные времена мы ведь не можем ходить в кафетерий, помнишь? Так что сегодня Роза заказала домашнее ризотто с ягнятиной.

У Карла всё внутри перевернулось. Баранина с ризотто — всё равно что варить рыбу с порошковым пудингом. Фу, гадость!

— Будь добр, накрой крышкой, Асад. А то из офисов напротив все сбегутся.

— О-о, думаешь, в следующий раз мне стоит приготовить порцию побольше?

Карл схватился за голову. Годы в подвале Полицейского управления напрочь лишили их всякого чувства такта и связи с реальностью.

— Только не забудь крышку, Ассад. И просмотри коробки с бумагами — там что-то около тысячи имейлов и всего прочего. Всё что выглядит официально — сразу в корзину, нас интересуют личные письма. Может, найдёшь среди них угрозы.

Он повернулся к Розе. — А ты что скажешь? Есть ли новости от коллег по стране, которые обнаружили соль на местах преступлений?

— Пока нет, но я всё еще жду ответа от большинства округов. Сейчас я изучаю культурную историю и символическое значение соли. Я прочитала в книге Марка Курлански, что соль сотни лет была платежным средством, ты знал об этом? «Белое золото», как её называли. Слово «салярий» (гонорар) происходит от слова «соль».