Книга Вендетта, страница 225 – Ларри Коррейя

Вся вселенная зашевелилась – это моргнул Владыка Ужаса. Красноту прорезала желтая линия. Оно смотрело на меня.

Время шло неправильно, я видел все на миллион лет в прошлое и миллион лет в будущее и в других направлениях, других измерениях, которые не мог охватить разумом, но понимал, что буду умирать и умирать во всех них, бесконечно. Эта эпическая жуть правда думала, что я – первое смертное существо, умудрившееся нанести ему вред. Я знал, что оно тысячелетиями воюет меж звезд с существами еще более ужасными, чем оно… но какой-то человечишка умудрился ему навредить.

И этот человечишка сейчас поплатится. О, как же он поплатится!

— Это не я запустил ядерку! Парень, который тебе нужен, – Дуэйн Майерс. Специальный агент Дуэйн Майерс из Бюро контроля за монстрами. М-А-Й-Е-Р-С.

Не знаю, подумал я эту фразу или правда мог говорить в этом пространстве, но для этого невообразимого она была все равно что комариный писк.

Гигантский глаз просканировал меня – я чувствовал, как что-то обшаривает мой разум, пытаясь понять, как бы меня замучить побольнее. Я был пузырем линейного времени в безвременном пространстве, диковиной. Моя вселенная для Владыки Ужаса оказалась ядом, но сожрать меня ему было бы все равно что здоровому человеку – желейную конфетку. Не самая здоровая пища, но организм даже не заметит.

А потом оно заговорило. Вся вселенная содрогнулась от непостижимого голоса. Все, что я понял, – боль. Остальное пролетело мимо – ерунда, потому что вот так, мучаясь, мне предстояло провести вечность.

Несколько минут в этом месте сломали разум Рэя Шэклфорда. Эрл вытащил его, но Рэй уже не был прежним. Впервые я искренне его пожалел. Владыка Ужаса сказал что-то еще, и меня охватила агония, которой я даже представить не мог. Превращение в зомби по сравнению с ней было Диснейлендом с бесплатными каруселями и мороженым.

Когда все закончилось, я хотел только одного – умереть.

Дома я был смертным. Здесь стал вечной игрушкой-грызунком. А ведь тварь еще даже не начинала!

Она приблизилась – десять тысяч футов гладкого панциря, нацепленного поверх трещащих от электричества щупалец, как у многоножки. Лес ножек и ложноножек втянул глазастое существо – бедолаге теперь перевариваться целую вечность, питая пламя хаоса.

Вдруг в бездне непознаваемого возникло что-то знакомое, пузырь привычной реальности. Синий свет ворвался в красный, время снова пошло своим путем.

— Я еще ни разу не провалил задание, – сказал свет, и я обернулся.

— Агент Фрэнкс?

Здесь он выглядел иначе. Физическое тело стало просто оболочкой, в которой жил дух, принадлежавший, очевидно, не обычному человеку, а чему-то более простому и древнему. Конструкция из чужих органов, костей и сухожилий, служившая Фрэнксу аватаром, показала мне страж-камень. Он кипел силой самой настоящей реальности.

— И теперь не провалю.

От страж-камня к нашей вселенной тянулся явный след энергии. Джули пыталась объяснить мне, как они работают: страж-камни фокусируют реальность, как увеличительное стекло – солнечный луч. Нежить для нашего мира не нормальна, так что ее просто разрывает. Существа не из нашей реальности не выдерживают «жара», и, увидев камень в другом мире, я понял, что эта штука куда мощнее, чем мы думали. Здесь он стал огромным, заискрил силой. Алхимики древности не просто создали защитный артефакт – они смастерили оружие судного дня. «Взаимно гарантированное уничтожение», только из семнадцатого века. Если учесть, что наша реальность была отравой для Древних, тогда Фрэнкс только что притащил бочку нервно-паралитического газа к ним прямо в гостиную.