Книга Тайна кошачьего братства, страница 83 – Евгений Фронтикович Гаглоев

Все воспитанники разошлись по комнатам, а Дарина и Триш встретились на заднем дворе около двери купальни.

— Кухарка! – послышался изнутри рев Коптильды. – А ну, поддай пару! Я хочу, чтобы вода кипела, тысяча чертей! А она у тебя едва теплая.

— Сию минуту, ваше высокоблагородие, – поспешно ответила Агриппина.

В следующий момент загремели тазы, послышался плеск воды и громкое шипение.

— Вот это другое дело! – восторженно завопила Коптильда, плескаясь в огромной лохани.

Триш нервно поежился.

— Мне даже стоять тут страшно, – признался он Дарине. – А ты собралась внутрь заходить.

— Другого выхода у нас нет, – сказала Дарина и, бесстрашно толкнув дверь купальни, вошла внутрь.

Приютская купальня представляла собой два смежных помещения с невысоким потолком. В первом, том, что поменьше, стояли шкафчики для одежды. Во втором располагалась большущая лохань из блестящего желтого металла. В лохань из нескольких кранов под большим напором подавалась горячая вода. В этой посудине мылись только Коптильда Гранже и еще иногда ее брат Копотун. Воспитанников, как правило, окатывали холодной водой из шланга прямо во дворе, а Федусей Горгон и кухарка Агриппина предпочитали ходить в купальни Белой Гривы.

Форменная одежда Коптильды висела в шкафу. Портупея, ремни, патронташи и кобуры с револьверами свисали с гвоздя, вбитого в стену неподалеку. Комендантша энергично плескалась в лохани, как огромный кит, а кухарка сидела у вентилей и регулировала температуру воды.

— А господин Копотун сегодня тоже будет мыться? – между делом спросила Агриппина.

— Смеешься, что ли? – фыркнула Коптильда. – Он моется раз в несколько месяцев, и то когда совсем уж припечет.

— Хм, – задумалась кухарка. – Если мы поженимся, я приучу его ходить в купальню почаще.

Комендантша едва не захлебнулась от смеха.

— Ты и мой дурной братец? Поженитесь? Ой, не могу, вот умора! И зачем тебе сдался этот никчемный увалень?

— Ну, это для вас он никчемный, а я нахожу его весьма симпатичным, – заявила Агриппина. – К тому же из других поклонников ко мне очередь что-то не стоит. За мной ухлестывал один тип, только он мне совсем не нравился. Он был очень упорный, но моя сестра однажды встряхнула его за шкирку и сказала, что если он не прекратит ко мне приставать, то она пристрелит его к чертовой бабушке. Ну и пришлось ему отвалить.

— Почему же у тебя такая злая сестра?

— А я разве не упомянула, что это был ее муж?

Комендантша Коптильда захохотала так, что из лохани выплеснулась горячая вода, а кухарка обиженно поджала губы.

Тем временем Дарина на цыпочках прокралась в раздевалку, подтянула к себе кожаный ремень Коптильды и сняла с него тяжелую связку ключей. На большом кольце висело около тридцати самых разнообразных отмычек, но Дарина сразу узнала ключ от ведьминого дома. Она аккуратно сняла его с кольца и сунула в карман курточки. Затем, стараясь не громыхать ключами, вернула связку на место и тихонько вышла из купальни.

Триш ждал ее снаружи, подскакивая от волнения. Он боялся даже больше, чем сама Дарина.

— Ну как? Удалось? – выдохнул он.

Дарина помахала у него перед носом ключом.

Триш облегченно выдохнул.

— Но пока нужно его спрятать, – сказала Дарина. – Если Коптильда хватится раньше времени, то перевернет весь приют вверх ногами.