Книга Демоны крови, страница 78 – Андрей Посняков

— Пейте вино! Ну, быстро!

Разбойнички удивились, но подчинились с охотою… вот уже и заулыбались, загалдели… Лишь людокрад все кривился.

Михаил повел стволом:

— Ну?! Тебе что, особое приглашение надо? Или в рот заливать?

Кнут что-то угрожающе прошептал, но приложился к кувшину…

Миша быстро прошел к воротам, обернулся с добродушной улыбкой:

— Ты, Кнут Карасевич, в стекольях-то поищи. Кажись, там браслетиков пара целых имеется!

И вышел! И захлопнул тяжелую створку, заложил на изрядный замок, на засов — амбар-то закрывался, еще бы, не слишком-то герр Якоб Штраузе доверял своим кнехтам.

Олекса сидел на траве рядом с амбаром и мотал головой.

— Ты как? — бросился к нему Ратников.

— Да ничо! По башке какой-то гад стукнул. Хорошо, слегонца… Но болит, башка-то… — юноша осторожно потрогал окровавленную голову и скривился. — Видать, шишка будет.

— Что, раненый? — откуда ни возьмись подошел Хевроний.

— Да так… не сильно.

— Собирайтесь — уходим.

В ворота амбара стукнули с силой. Похоже, ногою.

— Это что там еще? — удивленно обернулся атаман.

— Кнехты. Мы заперли. Пущай посидят.

Разбойник хохотнул:

— И то верно! Кнута не видали?

— К озеру со своими ушел… Деревеньку пограбить.

— Мало ему, аспиду! Эх, недаром я этому Кнутищу не доверял… — Хевроний недовольно сплюнул и махнул рукой. — Одначе ждать не будем, пойдем. День-то к вечеру клонится… Успеть бы до темноты.

— Хорошо бы за Кнутом проследить, — негромко молвил Олекса. — Не нравится он мне… Не связан ли с рыцарями? С чего бы к озеру-то попер? Деревеньку грабить? Ага, как же! Мы с Мисаилом посмотрим.

— Добро, — согласно кивнул атаман. — Как голова-то?

— А, тряпицей перевяжу. Заживет до свадьбы.

— И то верно. Вернетесь когда?

— Через пару ден. К старому дубу выйдем.

— Ну, добро, добро…

Простившись с атаманом, Ратников перевязал Олексе рану подолом рубахи, предварительно промыв вином из прихваченной с собой фляжки. Юноша морщился, но терпел.

— Ну как, парень? Идти сможешь?

— Да хоть на край света!

— Тогда пойдем. Поспешать надо — опять же, до темноты. Думаю, у орденцев челноки есть.

— Есть. Найдем у причала.

Когда они причалили к острову, уже смеркалось, и черные тени сосен неслышно скользили по серебристой озерной глади, чуть тронутой едва заметной рябью. Выпрыгнув на песчаный берег, Ратников обернулся:

— Ну, все, друже, не провожай. Дальше уж сам доберусь.

— К себе? — понятливо спросил-кивнул Олекса.

— Да, к себе. В свой мир. К супруге. Поди, уже заждалась.

— Хорошая у тебя боярышня, — неожиданно улыбнулся подросток. — Красивая, добрая… Мне б сыскать такую!

Миша расхохотался:

— Сыщешь еще, какие твои годы? Сам-то сейчас куда? К Хевронию?

— К нему. Куда же еще-то?

— А то в Новгород бы подался…

— Так меня там и ждут, руками плещут!

Ну да, ну да… Ратников замялся — понял, что сморозил глупость. Один в поле не воин. Горе одному. А тут все же — шайка.

— Да мы не все время разбойничать будем. Хевроний сказывал — в тевтонской земле сейчас волненье большое. Эти восстали… пруссы! Вот мы магистру свои мечи и предложим… А, может, и не магистру — пруссам. Кто как заплатит.

Михаил хмыкнул:

— У пруссов серебришка не густо…

— И-и-и, боярин! Это было негусто, а посейчас, когда они столько бургов пограбили-пожгли… Посмотрим!

— А Кнут? Вдруг вернется?