Онлайн книга «Крестоносец»
|
— Мы, батюшка, отслужить готовы, — подобострастно осклабился Опанас. — Что тебе надобно — говори, сладим! — Что надобно? — Михаил усмехнулся и задумчиво взъерошил затылок. — Песни какие знаете? Пойте! — Что?! — незваные гостюшки удивленно переглянулись. — Правда, что ли, петь? — угрюмо переспросил служка. Миша улыбнулся: — Шучу! Уж, не беспокойтесь, сыщу вам дело поинтересней. Скажите-ка вот только для начала — кто вас прислал? Что молчите, кобенитесь? — Ратников и сам с удовольствием хлебнул бражицы из кувшина, с утра — самое оно то! — Ладно, не хотите говорить, не надо — сам догадаюсь. Онфимий Рыбий Зуб — угадал? Гостюшки поникли голосами, правда, вслух так ничего и не сказали, да Михаил и без их слов сразу догадался — угадал. Хотя, чего тут было угадывать-то? Ясно, что упыри эти не сами пришли, ясно, что босс у них есть криминальный, он и прислал с извинениями, а кому то было надобно? Тому, кому Ратников сильно помог, — Онфимию! Так что — что тут гадать-то? — Значит, это вы так вот на пару в корчме промышляете? Добрых людей выслеживаете, ты, Опанас — их забалтываешь, а ты… как звать? — Корятко, — смущенно прогундосил усатый. — … а ты, Корятко, бьешь. Короче — разбойнички, тати! И многих уже поубивали? — Да никого, — служка неожиданно перекрестился. — Вот те крест святой, милостивец, — никого! Я ж кистеньком… умело… Ратников даже рассмеялся: — Умелец, гляди-кось! Ладно, умельцы — раз уж пришли, давайте, выкладываете — что про парнишек тех, толмачей, знаете? — Про толмачей? — Корятко задумчиво посмотрел в потолок, точнее сказать — на стропила. — Да мало что, милостивец, — недолго они у нас, с лета. Говорят — дорогобужские. Явились, сперва в людской жили, потом вот, перебрались в избенку. Матрене платили честно. — Да, да, Матрене, — Михаил покивал. — Это ее ведь корчма-то? — Корчма не ее — общества. Лодочники-перевозчики, Матрена-от, ихнего старосты покойного, Гунивы, вдовица. — Поня-атно… Так что еще про толмачей знаете? Ты, Опанас, что молчишь? Сметанников уныло развел руками: — Да я ж разве что знаю? Без интереса к ним мы… — Так-так-так, — насторожился Ратников. — Без интереса, значит? А почему? Ты б, Корятко, и их тоже — по башке кистенем, а все, что нашли, — ваше. — Неможно, — мотнув головой, прогундосил служка. — Они ить — жильцы. Матрена то не одобрила б… Ратников аж руки потер: — Чудненько! Матрена, значит, тоже с вами в доле? — Что ты, что ты! — Да ладно вам врать — конечно, в доле, тут и говорить нечего, — убежденно перебил гостей Михаил. — Разве ж без ее соизволенья вы б решились… вот так запросто, в корчме. Не, ну, естественно — в доле. Онфимий Рыбий Зуб ей кем приходится — полюбовник? — Брат… — Угу, — Миша снова потер руки. — Значит, так, парни. Эти двое толмачей — из молодых да ранние — мне и знакомцам моим, о которых вам ведать ненадобно, много крови попортили в делишках торговых. А потому — желаю знать о толмачах все! Думаю, вас это не слишком обременит — на корчемном дворе Корятко за ними присмотрит, а, как пойдут куда, — ты, Опанас. — Это и всего-то? — обрадованно потер ладони усач. — Это нам ничего, это мы сладим… — Матрену о них расспросите. Сами ли за постой платят или, может, кто за них? — Ну, уж это-то мы знаем — сами. — Вот и славненько — идите, господа, работайте. К вечеру жду с докладом… ну, хоть тебя, Опанас. |