Онлайн книга «Орда (Тетралогия)»
|
Вообще-то было бы куда лучше просто пройти мимо. Баурджин так и сделал бы, если бы неожиданно не ощутил укол совести. Такой маленький, слабый... Встав за углом, дождался окончания спектакля. Слава богу, сия бездарная пьеса не продлилась и десяти минут — а больше и нельзя, актёр замёрзнет. Лениво покидав мелочь, разошлись зрители, и балаганщики — включая шмыгавшего носом Веснушку — принялись разбирать помост. Баурджин, как ни всматривался, не смог заметить того мерзкого старика из «красных шестов», что когда-то перевербовал Чена. Вероятно, старика давно уже не было в труппе... Хмурилось покрытое серыми тучами низкое зимнее небо. Ветер швырял в лицо мелкую дождевую взвесь. Балаганщики, завернувшись в дерюги, медленно побрели вдоль по улице, и князь зашагал следом. Шли недолго — свернули в какую-то подворотню, перешли узкий вонючий ручей и оказались в полуразрушенной фанзе с давно протекающей крышей. Баурджин остановился у входа. — Восемь цяней, — громко объявил выручку толстый актёр. — Всего восемь. Извини, дружище Дэн, но твоя бедная спина сегодня больше не собрала. Старая лиса Мэнь Чжо не зря бросил нас, словно носом чуял. — Говорю тебе, Тянь, Мэнь Чжо — преступник, — громко воскликнул Веснушка. — Он был дурной человек, и очень хорошо, что теперь его с нами нет. Ну, так будем ужинать или вы все сытые? — Ну, скажешь тоже, — засмеялся кто-то из парней. — Клянусь всеми богами, надоела такая жизнь! Наступит весна — подамся в грузчики или запродамся какому-нибудь сельскому господину, по крайней мере — всегда буду сыт! — О, дражайший Цао! — Толстяк трагически воздел руки к небу. — Прошу тебя, откажись от этой идеи, иначе «Золотая» империя лишится великого актёра. — Я — великий актёр? — возмущённо воскликнул Цао. — Жалкий фигляр — вот как надо говорить. А наши нынешние пьесы, если их можно назвать пьесами, полное дерьмо! — Согласен — дерьмо, — схватился за голову Тянь. Сквозь трещину в стене Баурджину было хорошо видно, как из глаз толстяка брызнули самые настоящие слёзы. — Думаете, мне не стыдно всё это играть? Лупить почём зря бедного Дэна? О, прости, друг мой... Тянь подошёл к Веснушке и обнял. — Да ладно, — сконфузился тот. — Да ладно. Я уж того... перетерплю как-нибудь. Были бы деньги. Это ничего, что сегодня у нас всего восемь цяней, зато пять дней назад помните как заработали? — Надо было отложить! — Так тогда был праздник. — Зато наелись от пуза! А праздники ещё будут. — Ох, друзья мои! — Толстяк наконец перестал всхлипывать. — Прискорбно, что собирающаяся на наши представления толпа обожает только боль, кровь и слёзы. Да, «Троецарствие» здесь явно не будет уместным — трущобы. А в более престижных районах нам просто не дадут выступать — нечем заплатить квартальному. — Слушайте, мы наконец будем сегодня ужинать? — снова возмутился Веснушка. — Ты, Тянь, разводи костёр, вы, парни, ищите воду и купите что-нибудь пожрать, а я пойду посмотрю ещё дров... кажется, видел по пути старый плетень... Ну, не сжигать же помост, в конце-то концов? Они вышли все трое — парни, Веснушка. Спрятавшийся Баурджин выждал момент, нагнал: — Эй, Веснушка! Бывший водонос Дэн обернулся и, сделав испуганные глаза, пустился наутёк. И князь нипочём его бы не догнал — с такой скоростью нёсся мальчишка, если бы не помощь стражников под руководством десятника Жуня. |