Книга Орда (Тетралогия), страница 400 – Андрей Посняков

Ближе к концу апреля, а по местному — периода хлебных дождей третьего месяца весны, снова объявился Пу Линь. С начала весны соседа-каллиграфа было не видно — вероятно, уезжал в служебную командировку либо устраивал личные дела — сколь помнил князь, чиновник, до того пользовавшийся услугами наложниц, собрался жениться по-настоящему.

Они встретились случайно, хотя, конечно, просто не могли не встретиться уже в самое ближайшее время — соседи всё-таки! И понеслось.

— О, любезнейший господин Бао, как я рад видеть вас в добром здравии! Уже ели сегодня? Прошу, зайдёмте ко мне, как обычно, без всяких церемоний, ведь мы же друзья!

Нет, точно Пу Линь был в командировке. И очень может быть — самым непосредственным образом связанной с ведущимися военными действиями, ведь непобедимая конница Чингисхана основательно трясла весь северо-запад цзиньской державы! Да, вот именно — как видно, чиновник соскучился по общению с интеллигентными людьми... такими, как господин Бао Чжи.

— Как с экзаменами, господин Бао?

— Готовлюсь.

— Готовитесь? — Каллиграф округлил глаза. — Что, уже получили допуск?!

— Ну... — Баурджин скромно потупился.

— В таком случае примите мои самые искренние поздравления, дружище Бао!

Князь улыбнулся — он и в самом деле был рад встрече с Пу Линём — и махнул рукой:

— Пустое! Главное — эти экзамены сдать.

— Сдадите, дружище, всенепременно сдадите, уж я в вас уверен.

— Я не так давно познакомился с председателем квалификационной комиссии, — негромко заметил нойон.

— Тем более, дружище Бао, тем более!

— Ах, как я завидую вашему саду, любезнейший Пу Линь! Право же, это прямо чудо какое-то. У вас очень хороший садовник!

— Честно говоря, не очень, — усмехнулся сосед. — Я, любезнейший Бао, и сам очень люблю ухаживать за садом.

— Это видно по всему, друг мой! По всему!

Сад и впрямь был чудесен. Не очень большой, но уютный, с аккуратными клумбами и тщательно подстриженными кустами. Причудливой формы акации, сирень, благоухающие розы, разнообразные цветы на клумбах, высаженные в виде иероглифов, — красота просто неописуемая, сразу видно, что здесь приложен не только труд, но и недюжинные знания, и чувство прекрасного. Да и дом Пу Линя тоже был под стать саду — вполне традиционных форм, но если приглядеться, то видны и хитрые изгибы крыши, и слегка округлые ступеньки, и изящные витые колонны по углам. Что и говорить — очень достойно и красиво жил господин каллиграф! Да и сам Баурджин-нойон, ежели б вдруг так вышло, что пришлось бы жить в городе постоянно, уж конечно перестроил бы своё жилище вот примерно так же, как у Пу Линя, и сад бы разбил, может быть, и не лучше, но и не хуже.

— Что, любуетесь домом? Да проходите в беседку, сейчас слуги принесут вино. Красиво?

— Очень! — честно признался князь.

Каллиграф засмеялся, по всему видно было, что похвала пришлась ему по душе.

— Садитесь, садитесь, любезнейший господин Бао!.. Удобно?

— Вполне.

— Обязательно познакомлю вас с господином Ба Пнём, архитектором и скульптором. Вдруг да вы решитесь-таки перестроить ваш дом. Правда, на то потребуется специальное разрешение градоначальника... Впрочем, он же к вам неплохо относится, так?

— Так, так, дружище Пу Линь, — засмеявшись, покивал Баурджин. — А Ба Иня я немного знаю. Его скульптура — бронзовая улитка — красуется над входом в мою харчевню. Вообще, интересно, что за человек раньше владел моим домом? Ведь если его перестраивать, хорошо бы раздобыть план да и понять, что собой представлял прежний хозяин?