Книга Орда (Тетралогия), страница 332 – Андрей Посняков

— Лет через десять я уже буду старая...

— Ну, вообще, да. Значит, тебе надо подобрать хорошего жениха пораньше. Ты как-нибудь намекни об этом господину.

— Что?!

О, каким гневом вспыхнули глаза девушки! Чен даже вздрогнул и на всякий случай отодвинулся подальше. Кто её знает, эту Лэй? Возьмёт да ударит, а бьёт она так, что мало никому не покажется. Одно слово — кошка!

— Ладно, ладно, — примирительно зашептал юноша. — Стесняешься сама сказать, придётся мне замолвить за тебя словечко.

— Чен!!!

— Да не шипи ты так! Прямо страшно становится, честное слово... Ой, Лао! — Чен быстро обернулся. — Ты как здесь? Наверное, мы тебя разбудили?

Старый слуга закряхтел:

— Честно сказать — да, разбудили. Могли бы и потише шептаться.

— Ой, Лао, — усмехнулась Лэй. — А мне вот кажется, что ты давно уже за нами стоял.

— Именно что кажется. — Старик покачал головой. — Вообще-то, коли уж встал, так загляну к господину. Спрошу, не надобно ли чего.

— Нет, нет, Лао! Господин приказал ему не мешать. Он, видишь ли, вспоминает свою покинутую родину. Вместе с новым слугой-земляком.

Родину Баурджин с Игдоржем действительно вспоминали. На предмет получения денег. Ну, хотя бы сотню лянов серебра — уж можно было бы развернуться.

— Готов отправиться обратно хоть сейчас, — уверял Игдорж.

Князь задумчиво качал головой:

— А смысл? Пока туда, пока обратно — может так случиться, что и никаких денег уже не надо будет, тумены Джэбэ разгромят чжурчжэней и так, безо всякого нашего участия.

— Разгромят-то разгромят, кто бы сомневался? Только вот сколько сил придётся на это положить. Чжурчжэни — опасный противник. Что, совсем-совсем мало денег осталось?

— Увы!

— А если занять у кого-нибудь? — неожиданно предложил Игдорж. — Вот хоть у этого твоего покровителя, Цзяо Ли.

— Занять? — Признаться, Баурджин был озадачен — такую возможность он почему-то не рассматривал. — Занять... А вообще, это было б неплохо! Только даст ли серебро Цзяо Ли? Так просто — вряд ли. А вот если под что-нибудь... Скажем, на открытие какой-нибудь харчевни. Ну да, харчевня как раз то, что нужно. И доход приносит, и для всякого рода встреч очень удобно. Завтра же переговорю с Цзяо Ли! То есть завтра запишусь к нему на приём, а уж дальше — как примет. И тебе, Игдорж, за деньгами ехать нет смысла. Ты нужен здесь — приглядеть за моими слугами. Больно уж они у меня шустрые. А насчёт денег... Я просто напишу письмо.

— Письмо? Но его могут прочесть и... Ведь мы же не договаривались ни о какой тайнописи!

— Обойдёмся без тайнописи. — Баурджин поднялся на ноги и достал из небольшого шкафчика письменные принадлежности — бумагу, тушь, кисточки. Не удержавшись, похвастал, кивая на развешенные по стенам иероглифы в красивых бамбуковых рамках: — Сам рисовал!

Игдорж лишь хмыкнул и, сославшись на усталость, отправился спать.

Озабоченное лицо князя вдруг озарилось нежной улыбкой: вспомнился дом — жёны, дети, друзья. Баурджин только сейчас осознал, как он по ним соскучился! Первенец, Алтай Болд, уже совсем большой. Двенадцать лет, не шутка... Единственный человек, с которым Баурджин мог говорить по-русски. Специально учил, можно сказать, с раннего детства. Жёны смеялись — что ещё за новости, учить наследника неизвестно чьей речи, да и что это за речь, смешная, писклявая, ни на что не похожая. Баурджин сказал своим, что это — древний язык его рода. Поверили. Так вот и научил сына понемножку говорить, читать, писать — всё теперь пригодилось.