Онлайн книга «Орда (Тетралогия)»
|
Возвратившись домой, Баурджин с удовлетворением обнаружил всех своих слуг погруженными в работу. Старик Лао деловито чинил ворота, Чен и Лэй конопатили стены, и даже Игдорж Собака умело перекрывал крышу, время от времени что-то крича остальным, чем вызвал приступы гомерического хохота — уж больно безбожно коверкал слова. — Эй, Трубочист! А ну, подай-ка мне глину! — Ну сколько можно говорить, не трубочист я! Я ведь Чен, а не Чэн. И не глину тебе надобно, а черепицу! — Так я и пою — черепицу. — Не «пою», а «говорю»! — Приятно видеть всех при деле, — войдя на двор, довольно произнёс Баурджин. — О, хозяин! — Господин, господин вернулся! — Не желаете ли пообедать, господин? — С обедом чуть позже... а впрочем. Лао! Хватит тут пыль понимать, иди накрывай на стол. Всем тоже обедать, работу после доделаете. — Ага, после, — шмыгнул носом Игдорж. — А вдруг — огонь? Тьфу ты, я хотел сказать — дождь. Вот ржут, словно лошади! — Господин, — положив паклю, поклонилась Лэй. — Не можешь ли ты придумать своему земляку какое-нибудь приличное имя, а то нам его прозвище ну никак не произнести! — Имя? — Баурджин с весёлым прищуром посмотрел на Игдоржа. — А что ж, и придумаю! Ну, Мао Цзэдун — это уж слишком будет, Чан Кайши — тоже, а вот... к примеру, Линь Бяо, помнится, был такой маршал в Китае. — Линь так Линь, — пожал плечами Игдорж. — Какая разница? Главное, чтоб имя было попроще. На том и порешили. Линь-Игдорж вёл себя скромно, как и положено слуге. Лишь к вечеру Баурджин позвал его к себе, громко заявив о намерении «поболтать с земляком о родных местах», что, в общем-то, было понятно и не могло вызвать никаких особых подозрений у остальных слуг. — Ах, какие дворцы у нас в Иньчжоу, а, Линь? — кивая на стены, громко заявил нойон, едва только Игдорж вошёл. — Да, пожалуй, не найдёшь лучше во всём Западном Ся! А харчевни, мой господин? Это ж просто чудо какое-то! — Да-да, вот и я помню одну... И тут же оба перешли на монгольский... к глубокому разочарованию Чена, давно приложившего ухо к тонкой перегородке. — О чём говорят? — подкравшись к парню на цыпочках, шёпотом поинтересовалась Лэй. Чен лишь уныло скривился: — Болтают по-своему. — Ну, понятно. — Лэй мягко улыбнулась, присаживаясь на корточки рядом. — С кем и поговорить по душам нашему бедному господину, как не с земляком? — Бедный? — усмехнулся юноша. — Мне кажется, нашего господина уж никак нельзя назвать бедняком. — Ладно тебе придираться, — Лэй хмыкнула и шутливо замахнулась. — Ты ж знаешь, что я не в том смысле. Интересно, наш господин был женат? Наверное, был, ну разве будет жить в одиночестве такой красивый, добрый и умный мужчина? — Девчонка вздохнула. — Наверное, разбойники-монголы убили всю его семью. О, несчастный господин Бао! — Ну, хватит причитать, — не выдержал Чен. — Вот заладила — «бедный», «несчастный»... Подожди, наш господин ещё здесь развернётся! Ещё и нас не оставит милостями — меня женит, а тебя выдаст замуж за какого-нибудь важного шэньши. — Не хочу за шэньши! — зло прошептала девушка. — Вообще не хочу замуж. — Это потому, что ты плохо разбираешься в жизни. — Чен убеждённо помотал головой. — А я так вот понимаю, что нужно жениться, обзавестись семьёй и жить как все люди. Ну, не сейчас, конечно, а, скажем, лет через десять. |