Книга Курс на СССР: На первую полосу!, страница 60 – Андрей Посняков, Тим Волков

— А сколько, дешево?

— Восемьдесят… Тебе, как другу, за семьдесят отдам! Да не сомневайся, фирмА. Вон, смотри сам…

Серега вытащил из сумки полиэтиленовый пакет с джинсами. Тот самый почти фирменный «Даллас».

Господи, еще она проблема… Ох, Гребенюк, Гребенюк… Куда ж ты опять вляпался?

Да, с виду вполне себе «Даллас». Но после разговора со Зверевым я смотрел на них уже другими глазами.

— Семьдесят рублей, говоришь? — я скептически окинул взглядом аккуратно сложенные в пакете джинсы. — Серега, ты с ума сошел⁈

— Чего с ума? — Гребенюк смущенно переступил с ноги на ногу. — Фирма, Санек! Посмотри, какая строчка! Какая ткань! Я тебе как другу…

— Ты мне как другу и должен сказать, откуда у тебя это барахло? — я понизил голос, хотя нас все равно никто не слышал.

Юрий Антонов на Серегином кассетнике пел о том, что приедет к морю где зеленеет лето, а у меня перед глазами вставали совсем другие картины: высокий забор с колючей проволокой и вышки с прожекторами по периметру.

— Какое барахло? — насупился Гребенюк. — Да ты потрогай!

— Я уже в курсе, что их у нас в городе шьют, — отрезал я. — В подпольном цеху. И качество у них, как повезет. Одни линяют, у других заклепки отваливаются. Да даже не в заклепках дело.

— Ты откуда знаешь? — Серега смотрел на меня с удивлением.

— Это не важно, — я внимательно смотрел ему в глаза, стараясь говорить как можно убедительнее. — Важно то, что за торговлю этим «левым» товаром тебе запросто могут впаять статью. Частное предпринимательство. А если докажут, что ты знал, что это подделка, но продавал как фирму, так это уже мошенничество. Хочешь вместо ПТУ переехать в колонию-поселение? Или того хуже? И чего тебя во всякие такие сомнительные истории тянет? То пластинки, то теперь вот джинсы…

— Блин, Саня… — расстроился Гребенюк. — Я же не для себя… Денег надо. Мать одна, у нее же пенсия мизерная… Хотел ей помочь, ну, на продукты там, на лекарства… А на заводе, на моем, какие зарплаты, ты ж знаешь.

— Понимаю, — кивнул я. — Но с такой подработкой себе дороже выйдет. Эти джинсы не выход. Мы тебя с пластинками твоими еле вытащили, а тут… В общем, не получится уже тебе отмазаться.

— Что же делать? — спросил Гребенюк, посмотрев на джинсы с опаской.

— Слушай сюда, — решительно сказал я. — Берешь эту свою «фирму», идешь домой, и засовываешь подальше на антресоль. И забываешь, как страшный сон. Понял?

Гребенюк молча кивнул.

— Понял, — пробормотал он.

— Вот и молодец, — улыбнулся я, ободряюще похлопав по плечу. — Теперь скажи, откуда они у тебя вообще взялись? Ты же не сам их сшил.

Серега оглянулся по сторонам, нопоблизости никого не было.

— Ну ты верно сказал, из цеха, — тихо ответил Гребенюк. — Устроился я на работу, подрабатывать. Чиню технику. Швейные машинки, там, всякие фурнитурные станки для молний, заклепок…

Меня будто током ударило. Цеховики. Те самые, о которых только что говорил Зверев.

— Куда именно устроился? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Да так, — он снова оглянулся и шепотом продолжил откровенничать. — Цех есть. Небольшой. В старом здании, на окраине, где раньше артель была. Ну, и в качестве оплаты мне иногда продукцию дают. Вот, джинсы. Две пары дали. Одну я уже сбыл, а эту… Нормально получается. Две пары по восемьдесят рублей, если продать, хорошие деньги!