Книга Новая жизнь, страница 73 – Андрей Посняков, Тим Волков

* * *

Ранним утром к больнице подкатила лёгкая бричка, запряжённая гнедой кобылой. Из брички, поправляя шляпку, вышла девушка — молодая, лет двадцати. Красивая. Не симпатичная, не милая, не приятная. Именно красивая. Красота холодная, породистая, какая бывает только у аристократов.

Тёмные локоны выбивались из-под модной шляпки с вуалью, а небесно-голубые глаза, большие, детские, с любопытством осматривали пункт прибытия. Платье цвета морской волны, приталенное, с кружевным воротом, подчёркивало стройную фигурку незнакомки, а лёгкий плащ защищал от утреннего холода.

Аглая, суетившаяся у крыльца, даже на мгновение замерла, осматривая гостью. Девушка что-то шепнула ей и Аглая зашла в больницу.

— Иван Палыч, доброе утро! Там к вам пришли. Сестра той, крикливой француженки.

— Веры Николаевны?

— Ага, ее самой. так это сестра ее.

— Она же о знакомой спрашивала…

— Ну, мне сказала — сестра… Но, кажется, не родная. Я такие вещи остро вижу. Наверное, двоюродная. Ох, и красавица! Не в сравнение той. Впрочем, та тоже ничего, когда спит и молчит.

— Ну пусть войдет.

Вошла гостья, принося с собой легкий аромат цветочных духов.

— Доброе утро, — сказал Артем. — Иван Павлович Петров, земский доктор. Проходите, присаживайтесь. Чем могу быть полезен?

Девушка улыбнулась. Она сняла перчатки, обнажив тонкие пальцы, и слегка наклонила голову, поправляя шляпку.

— Доброе утро, Иван Павлович, — ответила она, голос был мелодичным. — Я Ксения Николаевна, сводная сестра Веры Ростовцевой. Вы ее сына лечите, Юру.

— Да, Юрий у нас на лечении. Состояние у парня хорошее, думаю к следующим выходным уже выпишу его. А вы…

— Вера Николаевна настояла, чтобы я к вам приехала. Говорит, вы в этой… — она замялась, оглядывая хибарку, — деревне единственный, кто смыслит в докторском деле. Очень хвалила вас.

— Правда? — улыбнулся Артем. — Ну, раз она хвалила, значит и в самом деле чего-то стою! Только я не совсем понимаю… Вы ведь с города приехали?

— С города, — кивнула девушка.

— Разве там нет больниц и докторов?

— Вера Николаевна говорит, что они все escrocs et tricheurs (мошенники и обманщики). Сказала, что только вы можете мне помочь.

— Х-м-м… интересно. Так что же вас беспокоит?

— Мигрени, — совсем тихо произнесла девушка, потупив взор, — они у меня вот уже как два года. Сначала редко были, а теперь почти каждую неделю. Голова словно раскалывается, особенно справа, — она коснулась виска тонкими пальцами. — Свет режет глаза, шум раздражает, иногда тошнит. В такие моменты даже сидеть больно, вот весь день и лежу. Ничего не сделать, не пошевелиться. В городе доктор давал порошки, но они мало помогают.

Гостья сделала паузу, а потом, глянув на доктора, повторила:

— Вера настояла, чтобы я к вам приехала.

Артём кивнул, записывая. Уточнил анамнез: нет ли травм головы, не было ли обмороков, как она спит, что ест, есть ли стрессы. Ксения отвечала охотно, упомянув, что в городе много работает — вышивает для модисток, помогает сестре с делами.

— А ещё, — добавила она с лёгкой улыбкой, — нервы, знаете ли, от суеты.

Артем понял, что вышивание — это, конечно же, больше для души, нежели необходимость — одно золотое кольцо с камней на мизинце Ксении стоило как вся эта больница. А нервы… ну да, у всех они, и у бедных, и у богатых.