Книга Земля войны: Ведьма войны. Пропавшая ватага. Последняя победа, страница 418 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

— А себе ты чего хочешь, шаманка? – неожиданно спросил Енко Малныче.

— Себе? Ничего, – покачала головой девушка. – На богомолье по святым местам с мужем своим желаю отправиться. Для себя благополучное разрешение от бремени вымолить, а сыну здоровья.

— Сейчас?! Когда вот-вот падет столица Я-мала, будет разгромлен Великий Седэй!

— Малыш не может ждать, – погладила животик чародейка.

— Твой муж нам нужен здесь! – повысил голос воевода.

— Мой муж нужен вам на стругах, в караване, – ответила Митаюки. – Если у нового старшины есть у острога соглядатаи, либо прилетит крылатый дракон с разведчиком, они должны знать и видеть, что ратный караван для обхода Дан-Хаяра по реке готовится, снаряжается, что в нем пойдут лучшие воины и есть достаточно воинских припасов. Разве мой муж не лучший воин, Иван?

— Я тоже неплох, – неожиданно произнес Ганс Штраубе. – Но две дырки в шкуре не есть лучшее подспорье в бою. Однако коли токмо внимание отвести… То пищаль в руке удержать смогу. Если не стрелять из нее, конечно же.

— Наш отряд пойдет с атаманом Матвеем и его женой, – вызвался Нахнат-хайд.

— Мы с Серьгой завсегда вместе, – почесал в затылке Силантий. – Так что и я, пожалуй, подпишусь.

— Куда вы тогда собрались, коли не столицу штурмовать? – вконец растерялся воевода.

— Знамо куда, в Чусовой городок, – ответила юная ведьма. – Ватага ваша ведь должна по уговору каждый год товар промысловый Строгановым отправлять? Вот мы караван с добром ценным на юг к купцам и отведем. Со стороны все едино не видно, отчего струг в воду глубоко просел, из-за мечей и копий, или из-за бивня слонового? С собой еще пару сотен воинов на лодках возьмем. Отправим их селения в низовье грабить. Старшина подумает, что это то самое наступление и есть, и приготовится к битве. Мы же главным караваном дальше, на Обь направимся.

— Собрать товар для Строгановых дело небыстрое…

— Енко надобно время сговориться с Табедя-няром, – загнула палец Митаюки, – нам оно же нужно, чтобы собрать караван, – загнула второй, – воинам хочется отвезти добычу в родные селения, похвастаться успехами, а опосля вернуться с друзьями, так же желающими принять участие в новых походах. Тоже время. Раненым потребно силы восстановить. Опять срок на поправку отводи. Как ни крути, воевода, но раньше чем через месяц похода все едино не получится. Так что срок для дела сего у нас имеется.

— Скажи мне, немец, почему ты поплыл со мной? – спросила Митаюки-нэ, глядя на берег с борта самого большого из построенных Кольшей Огневым струга. – Почему не остался с ватагой, с бесчисленными ратями христианских воинов? Ведь доселе вы смогли взять лишь малую толику золотых истуканов и шаманских амулетов. Треть, не более. Главные сокровища впереди, в городах, в столицах, на еще не тронутых набегами землях.

— Уходя с тобой и Матвеем из Троицкого острога, девочка, – тихо ответил Ганс Штраубе, – я сказал, что ты хитра на изумление и умна на диво. Поэтому есть смысл рискнуть и держаться рядом с тобой. Клянусь святой Бригитой, за последний год сие мнение во мне укрепилось многократно. Лучше уйти нищим рядом с тобой, нежели остаться богачом в том месте, из какового ты убегаешь.

Насчет «нищеты» наемник явно преувеличивал. Каждый из казаков, уходящий к Строгановым в Чусовпй городок, получил в счет будущего дележа по два пуда золота. Даже Кудеяр, что решил отправиться с дядюшкой и увезти домой молодую брюхатую жену с уже научившейся ходить малой девкой и Митаюки-нэ, старания которой ради общего успеха русские уже давно признали. Ее ведь даже поясом трофейным наградили, с вождя сраженного снятым… Еще в те времена, когда мыслили не о победе, а мечтали просто выжить в столкновении с могучим врагом.