Онлайн книга «Повелители драконов: Земля злого духа. Крест и порох. Дальний поход»
|
Ветер нагнал косматые тучи, хлестнул злым дождем, налетая на низкий берег, обиженно зашипели упустившие верную добычу волны. Не было уже ничего – ни неба, ни реки, ни зарослей – одна сплошная туманно-белая взвесь. Внезапно налетевшая буря резко усилилась, погнала вверх по реке бешеные, с белыми барашками, волны, а вот прямо над головами казаков сверкнула молния! Загремел гром. С пушечным выстрелом ломались высокие сосны, падали на деревья, на струги, на людей! — О, Нур-Тором, – стуча зубами от ужаса, молился Маюни. – О, великие духи… — Ничего, – Настя, как и все, давно вымокшая до нитки, стараясь перекричать неистовый гул стихии, утешала отрока, а заодно и себя. – Ну, подумаешь, буря! Мы-то, слава богу, не в море, ага! А представь – в море были бы? Перевернуло бы или выкинуло на камни. Хорошего мало! — О, Сяхыл-торум, великое божество грома… Выл ветер! Ломались деревья. Били зарницами молнии, грохотал гром, а вскипевшая от натиска морских волн речка, казалось, сейчас повернет вспять. — Господи, Иисусе Христе… — Богородица дева Тихвинская… — Святый Николай-угодник… — Великий Сяхыл-торум… И вдруг все кончилось! Так же резко, как и началось. Стих ветер, успокоилась река, а в синем, враз очистившемся от туч небе радостно заиграло солнышко. Никакое, не золотое и не злое – обычное, февральское… Только вот стояло оно низко-низко, и вязкое влажное тепло шло вовсе не от него, а откуда-то с противоположной стороны, с севера. — Ну, слава Господу, обошлось. Помолимся, братие! Святый Боже, молю тя-а-а… — О, Сяхыл-торум, могучий, о солнечная богиня Хотал-эква… Тишина наступила. Лишь слышны были слова молитвы, а кое-где и птицы запели уже! По всему берегу валялись поваленные бурей стволы, плыли по реке, колотились в струги… — Топляки-то отгоняйте, ага! – быстро приказал Еремеев. – Пошли-ка, отче, глянем на наших – что там да как. — А можно и нам с вами? – Настя с рыженькой Авраамой переглянулись, да тут же потупились, видно, устыдясь собственного нахальства, юным девам отнюдь не пристало. Ишь, напрашиваются! — Неча с нами ходить, – охолонил атаман. – Полянку найдите да посушитесь лучше. Приказ сушить припасы и порох получили на всех восьми стругах, слава Господу, ни один сильно не пострадал, лишь на двух судах упавшими стволами проломило корму, да придавило нескольких казаков. Не сильно, не насмерть – кому руку сломало, кому – ребра… кому что. Радуясь, что так легко отделались – благодаря Господу и атаману! – «конкистадоры» с шутками и смехом принялись перетаскивать на берег припасы, кои тут же и раскладывали сушиться под огромными, буйно разросшимися папоротниками. Девушки же, пройдя берегом шагов на сотню вверх по течению реки, дабы не смущать казаков, скинули мокрые рубахи да разлеглись на желтом песочке у самой воды – сушиться. Тихонько не лежали – ага, как же! – болтали, смеялись. Авраама рассказывало про Маюни – как он молился, Настя же паренька защищала: мол, моря никогда не видел, вот и боялся. — А мы-то, можно подумать, море видали! – расхохоталась Авраама. – Одначе, девы, меня же едва волнищей не смыло! — И меня! — И меня тоже едва не унесло в пучину! — Господь упас и Пресвятая Дева! Не то плясали бы посейчас у царя морского – утопленницами. — Свят, свят, свят! А помолимся-ко, подруги! |