Книга Вещий князь: Ладожский ярл. Властелин Руси. Зов Чернобога. Щит на вратах, страница 416 – Андрей Посняков

— Ну, как знаешь, – кивнул Келагаст и взглянул на быстро удлиняющиеся вечерние тени. – Скоро уж должны и пожаловать. Да вот не они ли кричат?

Ажлак прислушался. И в самом деле, где-то недалеко, за елками, послышались голоса.

Младший сын старосты Хянди – высокий, уверенный в себе парень с рыжей шевелюрой и нагловатой улыбкой на тонких губах – вспрыгнул на перегородивший тропку упавший ствол липы и, обернувшись, протянул руки следовавшей за ним девушке – светловолосой, сероглазой, хрупкой. Вообще-то, Хянди она не очень-то нравилась – уж больно худая, – да вот батюшка приказал привести, нельзя ослушаться.

— Ну, чего ты, Колма? – Парень подмигнул. – Прыгай!

Опершись на его руку, девчонка ловко перепрыгнула упавшее дерево и повела плечом. Сын старосты бросил на нее насмешливый взгляд.

— Что, замерзла?

— Да нет, – Колма улыбнулась. – Просто боязно что-то. И в самом деле на том лугу много колокольчиков?

— Полно, – засмеялся Хянди. – На десяток венков хватит.

— Мне б на три только… – тихо прошептала дева.

— Интересно, кому подаришь? – как бы между прочим поинтересовался Хянди.

Колма вдруг отвернулась и запунцовела. Сын старосты ухмыльнулся – давно уже прознал, что неравнодушна к нему эта светлоокая дева. Прищурив глаза, Хянди взял девушку за руку, прошептал в ухо:

— Если вдруг мне пришлешь – я приму.

Колма вздрогнула, попыталась вырваться, но сын старосты не дал, обнял, поцеловал жарко в губы, зашептал слова любовные. Девушка уже не вырывалась, размякла.

«А она ничего, – думал сын старосты. – И грудь не такая уж и маленькая…»

— Нет, нет, не надо… – тяжело дыша, шептала девушка. – Не…

— Я бы взял тебя замуж. – Оторвавшись от девичьих губ, Хянди принялся целовать нежную шею. – Пошла бы за меня?

— Пошла бы.

Руки парня уже деловито задирали юбку, обнажая стройные бедра… Колма вдруг тихо вскрикнула, серые глаза ее округлились от ужаса.

— Там… там… – закричала дева.

Хянди обернулся и увидел быстро идущих по тропе людей, в которых тут же признал собственного отца, старосту Келагаста, и колдуна Ажлака.

Колма попыталась было бежать, но Ажлак быстро схватил ее за руку и мерзко ухмыльнулся:

— Ну, пойдем со мной, дева.

— К-куда? – заикаясь, переспросила девушка.

— Узнаешь…

— Но я не хочу никуда идти, я бы лучше…

Деву уже не слушали. Схватили за волосы, ударив ногой по ребрам, затащили в ельник, рывком поставили на колени перед рогатым идолом. Колма в ужасе закричала. И крик ее тут же захлебнулся кровью – зашедший сзади Ажлак ловко перерезал девушке горло кривым широким ножом. Захрипев, несчастная повалилась наземь.

— Прими нашу жертву, Семаргл! – вымазав руки кровью, громко воскликнул Ажлак и упал на колени рядом с холодеющей жертвой. По знаку отца то же сделал и Хянди, да и сам Келагаст ткнулся коленями в мох.

Восславив древних божеств, все трое встали. Ажлак кивнул в сторону трупа девушки:

— Заберем ее с собой, к селищу.

— Это зачем еще? – удивился староста. – Лучше бы здесь оставить, звери бы обглодали… Не догадался бы кузнец Рауд, что сделалось с его младшей дочкой. Хянди, никто не видал, как вы уходили?

— Никто, – ухмыльнулся Хянди. – Я все сделал, как учил дядя Ажлак… Легко было уговорить эту дуру.

Подтащив убитую ближе к селищу, бросили труп в траву рядом с тропою, чтоб можно было заметить хотя бы не издали, а так, проходя рядом.