Онлайн книга «Ладожский ярл»
|
— Нет, не приходили, — мотнул головой Дивьян. — Коли б были уже — так погребли бы мертвых. Вот и нам бы… — отрок вздохнул. — Да тут непочатый край — тризну готовить! — невесело усмехнулся монах. — Однако парень прав, без погребения мертвых оставлять нельзя… хоть они и язычники, а все ж люди. — Последнее дело — оставить без погребения мертвецов, — согласился Найден. — Говорят, они потом мстят. — Конечно, мстят, — хмуро кивнул Хельги. — Думаю, мы вполне сможем стащить убитых в какую-нибудь одну избу, пока они окончательно не разложились. А к тому идет. — Он понюхал пахнувший сладковатым тленом воздух и поморщился, как никогда бы не поступил истинный викинг, для которого запах смерти — лучше всяческих благовоний. И дальше ярл поступил так, как никогда бы не поступил ярл, тем более — законный правитель Альдегьюборга. Вместе со всеми он стал таскать трупы. Даже не помыслил о том, чтоб стоять в стороне и распоряжаться, и не слышал в ушах холодного барабанного боя, просто поступил так, как поступил бы… Тот, кто являлся к нему под этот бой. Поначалу все с удивлением смотрели на закатавшего рукава туники ярла, потом привыкли. Споро таская трупы, отмахивались от мух, даже шутили. К вечеру изба была забита полностью. Дивьян треснул огнивом, поджег пучок соломы, а от него — сделанный из смолистой головни факел. С поклоном протянул его ярлу: — Зажги, князь! Приняв горящую головню, Хельги аккуратно, со всех четырех сторон, поджег крытую сухой дранкой крышу, обернулся: — Молитесь своим богам! Изба вспыхнула в один миг, занялась оранжевым пламенем, и густой черный дым повалил в сиреневое вечернее небо. — Requiem aeternam dona eim, — зашептал Никифор. — О, Мокошь, подземная хранительница, о Велес… — Один, многомудрый повелитель… — Светлые духи леса… — Сварожич, Род и Рожаницы… — Хель, богиня загробного мира, Фрей и Фрейя… — Койвист — березовый бог… — Покой вечный дай им! Глава 15 И СНОВА РУНЫ Август 865 г. Шугозерье Клятвы он принял… …верности клятвы От воинов смелых. Обнаженное загорелое тело девушки светилось в лучах клонившегося к закату солнца, оранжево-желтый пылающий шар которого отражался в светлом зеркале озера. — Лада, душа моя, — лаская любимую, шептал молодой ярл — повелитель Ладоги и всех окрестных земель, в том числе и этих. Они лежали в высокой траве у самого озера, посреди васильков и ромашек, слушая, как бьются о песчаный берег волны. — Я… я хотела сбежать от тебя, мой князь, — погладив Хельги по плечу, призналась Ладислава. — Но, похоже, ничего не вышло… — Потому что я появился здесь? — Ярл крепче прижал в себе деву. Та засмеялась тихонько: — Нет, не поэтому. Если б ты не пришел, я бы вернулась сама… не выдержала бы, сама не знаю почему… — Любимая… — Хельги не мог оторваться от светло-синих девичьих глаз, таких любимых, родных… чуть светлее, чем у Сельмы. Ярл вдруг поймал себя на мысли, что, кажется, любит обеих. Он не представлял себе жизни без Сельмы, любимой супруги и матери его дочерей, но не мог бросить и Ладиславу. Как быть? Ввести Ладиславу в дом второй женой? Как знатный господин, он ведь имел на это право. Но согласится ли на это васильковоглазая девушка? И как воспримет ее Сельма? Формально, конечно же, согласится, но будет ли в семье лад? И… и как, в таком случае, вести себя самому? Никто не мог посоветовать ярлу, даже Тот, кто являлся ему в грохоте барабанов! А ведь он постоянно советовал в трудную минуту, и ярл всегда точно знал, как поступить, оттого-то его и прозвали Вещим. Всегда знал… Но вот сейчас… |