Книга Песнь Первого клинка, страница 278 – T. C. Эйдж

«А что с ним? – думал он. – Хватит ли того, что я успел с ним сделать?»

Он уже больше часа провел в темнице. Пару раз прохаживался туда-сюда, но в основном просто сидел и размышлял. План был прост: спровоцировать Ладлэма напасть на него и просто сломать ему какую-нибудь конечность «в попытке защититься». Сделать что-нибудь, чтобы выбить его из состязания.

Он не знал, хватит ли этого, чтобы Далтон Тайнар его одолел, но, видят боги, он устал просто сидеть и ждать. Он решил действовать, и теперь ему придется нести ответственность за последствия. То, что Амилия взяла Алерона в оборот и крутила им на все лады, больше не имело значения. Он пойдет на все, чтобы его брат победил.

Слева заскрипела дверь. Элион поднялся и, морщась, подошел к решетке. В тусклом свете коридора он видел лишь раскачивающийся фонарь и темный силуэт. Звякнули ключи, и в дрожащем свете появилось лицо Веррина. Элион внимательно посмотрел на дядю, остановившегося у его камеры.

— Ну? Расскажешь, что произошло? – спросил Веррин.

От его мягкого, вкрадчивого тона гнев Элиона немного утих. С Весрином всегда было так: его голос звучал понимающе, лицо не выражало осуждения.

— Ну? – Он потряс ключами. – Говори – и я подумаю, стоит ли тебя выпускать.

— Ты первый, – произнес Элион. Ему в горло сразу попала пыль, и он закашлялся. Кашель отдавался болью в ребрах. – Поединок Ладлэма состоялся? Он победил?

Веррин кивнул.

— Да, он победил, и победил весьма впечатляюще. Что бы ты ни задумал против него, Элион, ты только разжег его гнев, и он направил его на Далтона Тайнара.

— Черт, – прошептал Элион, отступая назад и опускаясь на деревянную скамью. – Черт бы побрал этих охранников. Я ведь почти сломал ему руку.

— Ты добровольно это признаешь? – Веррин нахмурился еще сильнее, и тени от тусклого света сделали его лицо устрашающим. – Ты же понимаешь, что вмешательство в состязание – это серьезное преступление? За это ты отправишься в тюрьму, если не хуже.

«А как же самозванец, который незаконно участвует в этом состязании?» – хотел огрызнуться Элион. С него хватит. Хватит шушукаться об этом с отцом и ходить на цыпочках перед теми, кого они подозревают в заговоре. Элиона воротило от мысли, что его дядя тоже может быть замешан в этом, но он хотел знать правду. Ему нужно было знать наверняка.

Он глубоко вздохнул и уже готов был задать вопрос, но слова обернулись пеплом еще в горле. Он не мог себя заставить. Обвинить родного дядю? Предать доверие отца? Если Веррин просто пешка в этой игре, сейчас он ничего не сможет с этим поделать. А если он и правда замешан…

Если он и правда замешан, то дело плохо. Он заперт в дворцовых подземельях, которыми командует Веррин. Одно неосторожное слово – и он может остаться здесь навсегда.

— Ну? – раздался голос Веррина. – Больше нечего сказать? Очевидно, ты все еще в чем-то его подозреваешь?

Элион медленно покачал головой.

— Нет, дядя, дело не в этом, – солгал он. – Это… личная неприязнь, вот и все.

— По поводу чего?

— Ничего такого, что могло бы тебя заинтересовать. Давай просто скажем, что это из-за женщины, и оставим все как есть. – Он улыбнулся. – Ты же меня знаешь.

Веррин вздернул подбородок, его глаза погрузились в тень. Он явно не поверил Элиону, но давить не стал.