Книга Песнь Первого клинка, страница 200 – T. C. Эйдж

Прокручивая в голове все эти мысли, он брел по улицам и грязным переулкам, через площади и скверы, пока не добрался до своей зловонной комнатки над таверной. Рассуждения настолько его увлекли, что вскоре он перестал озираться по сторонам в поисках слежки и, входя в таверну, даже не заметил небольшую фигурку в плаще с капюшоном, наблюдавшую за ним из переулка.

Алерон зашел в обеденный зал, тряхнул влажными волосами и, поцеловав руку Амилии, сел рядом с ней. Потом тяжело вздохнул и вопросительно посмотрел на Элиона. Один из слуг подошел наполнить его кубок вином, но Алерон остановил его жестом.

— Ну что, как справился Гаррик? Надо полагать, бой закончился быстро?

Он взял из миски кусок хлеба, а Амилия заботливо положила ему на тарелку картошку, овощи и пару сочных кусков жареной кабанятины.

«Какая прекрасная из принцессы получится жена».

— Так ты не слышал? – спросил Амрон, сидящий во главе стола. Алерон посмотрел на отца. – Гаррик проиграл. Этот мальчишка, Ладлэм, обошел его на два очка в последнем раунде.

Алерон поднял глаза.

— Что? Я не знал. С Гарриком что-то случилось? – удивленно спросил он, откусывая кусок хлеба.

Вопрос был адресован Амрону, но тот перевел взгляд на Элиона.

— С ним все было хорошо, – объяснил Элион. – Ладлэм победил его в честной борьбе. За ним стоит последить, Алерон. У него необычный стиль, и он гораздо опытнее, чем можно было ожидать.

— В каком смысле? – спросила Амара, жена Веррина.

Сам Веррин еще не вернулся: как советник короля, он был к нему привязан и часто опаздывал, поэтому было решено приступать к ужину без него.

— Он из какого-то неизвестного рыцарского рода, вряд ли его учил кто-то выдающийся. Его должны были разбить на голову.

Амрон согласно кивнул. Элион уже успел кратко пересказать ему поединок, пока они шли в зал. Амрон слушал его, но как-то рассеянно. Похоже, он был раздражен после заседания во дворце. Элион не знал всех подробностей, но понимал, что отец борется за власть с королем Эллисом.

Амрон налил себе вина и выпил залпом. Потом жестом попросил слугу налить еще.

— Это чтобы унять боль, – пробормотал он в ответ на обеспокоенные взгляды родных. – Помогает с плечом и с ногой.

— Тебе не хватает масла ваточника? – спросила Амара. Она одна была достаточно смелой, чтобы задавать такие вопросы, видя настроение Амрона.

— Нет, Амара, – ответил он. – Эту боль маслом не угомонишь. – Он сурово окинул взглядом остальных. – Я что, не могу выпить бокал вина за собственным столом?

Никто не ответил. Амрон очевидно был не в духе, а вино лишь усугубляло его мрачный настрой.

Лиллия задумчиво что-то жевала и время от времени поглядывала на сидящую рядом тетушку. После смерти их мамы Амара взяла на себя заботу о Лиллии и отлично справлялась. Они все ее очень любили, но, к сожалению, у них с Веррином так и не получилось завести собственных детей.

— Я побеседовал с ним после поединка, – сказал Элион, чтобы нарушить неловкое молчание. – С Ладлэмом. Есть в нем что-то странное. Мы уверены, что он тот, за кого себя выдает?

— Веррин подтвердил, что он говорит правду, – пробурчал Амрон и глотнул еще вина. – Спроси его сам, когда он приедет. Вряд ли он задержится.

Все продолжили есть в тишине, пока Алерон не начал расспрашивать брата о поединке. Элион описал состязание, но Алерон, хоть и выслушал его очень внимательно, не казался особенно обеспокоенным.