Книга Вдова моего брата, страница 3 – Диана Фад

Мы сели в самолет, и я почувствовала, как все в моей жизни изменится вместе с нашим взлетом. Как прежде уже не будет. Это страшное предчувствие едва не заставило меня закричать. Но я нервно сцепила руки на коленях, прикусив от страха губу до крови. Главное — вернуться оттуда, главное — там не задержаться. Но мужчина, сидящий со мной рядом, не внушал мне никакого доверия. Более того, я чувствовала себя загнанной в клетку, из которой меня уже не выпустят никогда.

Сердце колотилось, как под дикий ритм барабана, а разум метался в поисках спасительных мыслей. Я пыталась вспомнить о счастье, о том времени, когда Тимур еще был рядом, когда солнечные дни наполняли жизнь радостью, а его смех звучал как музыка. Но всё это уже казалось далекой сказкой, похороненной под грузом страхов и сожалений.

Самолет взмыл в небо, и с каждым метром я ощущала, как моя жизнь, словно засохший сад, тронутый осенним морозом, теряет свои яркие краски, которые еще оставались. Теперь эта самая жизнь предстала передо мной мрачной и холодной реальностью — с предстоящими похоронами и теми воспоминаниями о Тимуре, которые открывали зловещие фрагменты нашего совместного прошлого.

На мгновение я стала наблюдателем собственной жизни — смотрела на своего соседа, Яна, и пыталась найти в его холодных черных глазах хоть каплю человечности. Но он выглядел как каменная статуя, бесстрастная и неприступная. Казалось, его сердце не знало тепла, а душа была полностью поглощена мрачными мыслями о своем брате. Старший брат мужа ненавидел меня, но за что? Об этом мне сказать забыли.

Несмотря на это, где-то в глубине оседала затравленная надежда. Надежда на то, что, возможно, мне нужно это пройти, чтобы была возможность простить — не только для Тимура, но и для себя.

Сигнал о том, что мы достигли высоты, вывел меня из раздумий. Я вздохнула, заставляя себя успокоиться. На экране монитора показывали маршрут, который нам предстояло пролететь. Самолет летел заданным курсом, а я следовала вместе с ним, мне не оставили другого выбора.

Вскоре мы приземлимся, и вся буря эмоций обрушится на меня с новой силой. Я чувствовала, как все вокруг меня быстро меняется, а я остаюсь в безмолвном сопротивлении с самой собой. Будущее, которое и так казалось беспросветным и невыносимым, внезапно стало еще более зыбким и непредсказуемым.

Когда самолет наконец коснулся земли, я почувствовала, как ноги слегка подогнулись. Этот путь был навязан, но какой-то внутренний импульс заставлял меня идти вперед, даже если в душе бушевали ураганы.

— Выходи, — заставил меня встрепенуться голос Яна, холодный и властный. Я медленно поднялась и, преодолевая волнение, направилась к выходу. Впереди меня ждала новая реальность, и, как бы я ни противилась, мне нужно было это принять.

Как только я ступила на землю Кавказа, меня охватило чувство полной беспомощности. Воздух пах чем-то горьким, солнце слепило глаза, а пейзаж вокруг мне не казался родным. Это была чужая земля, полная зловещих напоминаний о том, как Тимур страдал в этих местах. Как мой муж не любил все это, ненавидел. Что вызывало в нем такую ненависть? Его семья, с которой я должна в скором времени встретиться, надеюсь, первый и последний раз.

Ян шел впереди, уверенно и властно, как будто весь этот мир принадлежит ему. И я следовала за ним, как призрак, оставляя свою прежнюю жизнь позади. В моей прошлой жизни было мало радостных моментов, но сейчас начинался совсем другой период. И чем он закончится, я не имела никакого понятия.