Книга Неожиданный удар, страница 2 – Ханна Коуэн

— Ну…

— Купер, – стону я. – Пожалуйста, давай не будем усложнять друг другу жизнь. Что он натворил?

Взгляд сына мечется по комнате, останавливаясь на чем угодно, кроме меня.

— Кажется, он сожрал один из свитеров из той кучи. – Он показывает на грязные вещи на полу.

— Кажется? Или сожрал?

Купер сглатывает.

— Ладно, сожрал. Но в его защиту, он, наверное, подумал, что свитер все равно на выброс. Он валяется тут уже пару недель.

Сын не так уж неправ. Я больше недели назад принес домой запасные свитера «ЛКУ», чтобы постирать, а они еще не видели ни капли средства для стирки. Уверен, для пса они пахли очень аппетитно.

— Он съел весь свитер? – тяжело вздыхаю я.

— Нет, – качает головой Купер. – Только рукав. И уже выблевал его на заднем дворе.

Опустив взгляд на пса, свернувшегося у ног Купера, я качаю головой. Этот проказник явно улыбается.

— Хорошо. Но проследи, чтобы он больше так не делал, Куп. Эта комната под запретом, ага?

— Понял, папа.

Я киваю и смотрю на часы, не сдержав ругательства. Купер с любопытством поднимает бровь.

— Сегодня без велика, приятель. Я подброшу тебя до школы, пока ты не опоздал. Бери вещи, я переоденусь и буду ждать тебя в машине.

Мой мальчик не спорит, хотя обожает ездить в школу на велосипеде. Вместо этого он отдает честь, снимает с крючка свой рюкзак и, закинув его на плечо, идет в гараж. Я же направляюсь в спальню.

Несмотря на хаос в прачечной, в остальном доме чистота и порядок. Я никогда не был неряхой, но быть отцом-одиночкой нелегко. Четыре раза в неделю я вожу Купера на репетиции группы, еще два – на занятия живописью, при этом владею и руковожу процветающим бизнесом, поэтому я разрешил себе наплевать на одну комнату. Комнату, в которую могу засунуть все, с чем не хочу или не успеваю разбираться.

С глаз долой – из сердца вон, верно?

Прошлепав босиком по холодным деревянным доскам коридора, я ступаю на плюшевый ковер в своей спальне. На мой взгляд, гардеробная здесь слишком вычурная: встроенные кленовые полки, выдвижные ящики и система зеркал, из-за которой невозможно не пялиться на себя, – но она продавалась вместе с домом, а у меня пока не было времени что-либо поменять.

Я быстро переодеваюсь в черные спортивные штаны и худи с логотипом «Ледового комплекса Уайта», а затем натягиваю носки. Встав перед зеркалом возле вешалки с пиджаками, снова встряхиваю головой и провожу пятерней по каштановым кудрям.

Каждый дополнительный день без седого волоса – повод для праздника. Мой отец поседел в тридцать лет, и это знание висит надо мной, словно пианино на тонкой струне, с моего тридцатого дня рождения. С тех пор прошло три года, и каждый день я считаю своим благословением.

Сигнал смарт-часов заставляет меня быстро выключить везде свет и рысцой поспешить через весь дом к гаражу. Истон наблюдает за моей пробежкой со своего места на диване, и перед выходом я показываю ему средний палец.

Купер уже ждет меня в машине и, когда я сажусь на водительское сиденье, окидывает меня неодобрительным взглядом, который добавляет ему возраста.

— Собралась наконец, королева красоты?

Коротко рассмеявшись, я протягиваю руку и ерошу ему волосы.

— Осторожнее, крутой парень. Я могу высадить тебя на обочине и оставить там.

— Попробуй, – фыркает он, шлепая меня по руке.