Книга Счастливый удар, страница 117 – Ханна Коуэн

— Ты уверена? Черт, Ава. То, что она сделала, ужасно. Тебе не обязательно мириться с этим.

Она пожимает плечами, но с усилием.

— Я уже оплакала ее. Да, больно осознавать, что даже за столько времени ничего не изменилось, но планка уже лежала на земле. Она лишь вырыла под ней яму и позволила упасть.

— Похоже, прямо в ад, – бормочет Дуги, и я чувствую, как Ава сотрясается от беззвучного смеха. – Ава, ты встречала этого парня, Линка?

— Нет. Она только упоминала о нем несколько раз.

— Я проверю. Сейчас мне нужно, чтобы вы двое пошли домой и оставались там, пока я не придумаю план. Я позвоню утром.

Я смотрю в зеркало и жду, пока он тоже в него посмотрит.

— Я думал, ты хочешь, чтобы я написал заявление вечером.

— Сегодня вечером или завтра утром – не имеет значения, если у нас нет плана. Дай мне сделать несколько звонков и подумать, – говорит он.

Я киваю и снова целую Аву в макушку. Она очень напряжена, и меня одолевает страх, когда я начинаю понимать перемены в ее эмоциях.

Мы это исправим. Должны, потому что я не отпущу ее.

* * *

Мы сидим на кровати Авы, и никто из нас не хочет говорить первым. Воздух полон напряжения. В машине было легче: у нас был выброс адреналина, и наши сердца говорили больше, чем наши головы.

Ава зажата, ее замкнутый язык тела отлично дает мне понять, что она чувствует. Исчезли объятия и успокаивающие прикосновения. Между нами пропасть шириной в милю, и я изо всех сил пытаюсь ее преодолеть.

— Ты не встречаешься с Вероникой Андерсон, – констатирует она.

— Да, не встречаюсь.

— Ты никогда не касался и не целовал ее. Ты не соврал мне о том, почему был в Миннесоте.

— До ресторана я понятия не имел, кто она такая, – говорю я, хотя, кажется, Ава уже все это знает. Благодаря ее доверию я чувствую себя более уверенно и спокойно. Мне хочется кричать от счастья, но она снова заговаривает.

— Но правда не имеет значения, потому что именно так все выглядело для остальных. Простой ужин с легкостью превратился в грязь. Одно неверное движение, и я снова стала той девушкой. Которую мужчина выставил дурой.

У меня перехватывает горло, и я поворачиваюсь, чтобы как следует видеть ее. Ее голова опущена, длинные каштановые волосы создают темную завесу вокруг лица. Маленькие ручки сцеплены на коленях, и мне хочется, как раньше, разъединить их и взять в свои, но я этого не делаю. Я держу руки при себе.

— Ты не сделал ничего плохого, Оукли. В этом не было твоей вины. Это просто твоя жизнь. Это твое будущее, и я не знаю, смогу ли с ним справиться. Я люблю тебя и никогда не буду винить за то, что ты занимаешься любимым делом. Боже, ты заслужил эту возможность. Ты заслуживаешь это. Но я просто… я не знаю, та ли я девушка.

Мои слова вырываются наружу, как худший случай словесной рвоты.

— Ты не та девушка. Ты моя девушка. Самое худшее, что могло случиться, случилось. Но я позабочусь об этом. Я все исправлю, и больше такого не повторится. Дерьмовые люди останутся дерьмовыми, что бы ты ни делала, но я не позволю им снова причинить тебе боль. Неважно, на что мне придется пойти, но я сделаю все, чтобы защитить тебя, Ава.

— Я знаю, что ты позаботишься об этом, и знаю, что ты сделаешь все, чтобы защитить меня. Но как часто тебе придется подвергаться опасности, чтобы это обеспечить? Тебя еще даже не задрафтовали, а это случилось. Что же будет после драфта?