Книга Целительница для дракона. Доказать невиновность, страница 101 – Мария Минц, Злата Уютная

Я приходила в себя медленно, неохотно, выплывая из густой, вязкой темноты, как из теплого болота.

Первым, что я почувствовала, был запах. Резкий, горьковато-мятный, он щекотал ноздри и заставлял мозг просыпаться.

Потом я ощутила прохладное прикосновение чего-то влажного на лбу и поняла, что лежу. Лежу на чем-то относительно мягком.

Я с трудом разлепила ресницы. Надо мной был знакомый, покрытый трещинами потолок моей лаборатории.

Я лежала на импровизированной постели из нескольких мешков с травами, укрытая чем-то теплым и тяжелым. Плащ? Кажется, я узнала его… он принадлежал Архилекарю.

А еще я с удивлением обнаружила, что мои ноги приподняты и лежат на перевернутом деревянном ящике. Классический противошоковый прием.

Кто-то явно обо мне позаботился.

И я, кажется, догадывалась, кто.

Я повернула голову и увидела его.

Архилекарь Морган сидел на стуле рядом со мной, молча глядя на огонь в жаровне. Его лицо в неровном, пляшущем свете казалось еще более суровым и… уставшим.

Ему явно хотелось прилечь не меньше, чем мне, но он продолжал сторожить

меня.

От этой мысли у меня внутри все смешалось. Было и смущение от того, что этот властный, пугающий человек видел меня в таком беспомощном состоянии, и какая-то детская, почти нелепая благодарность за то, что он не просто оставил меня валяться на полу, а оказал первую помощь.

От моего тихого шевеления он вздрогнул и тут же повернулся ко мне. Я увидела, как напряжение на его лице сменилось явным, нескрываемым облегчением.

— Очнулась, — выдохнул он. — Как ты себя чувствуешь?

— Лучше, — прохрипела я, пытаясь сесть. Голова еще немного кружилась, но туман рассеивался. — Спасибо.

Я чувствовала себя ужасно неловко.

И в то же время меня разрывала тихая злость на саму себя.

Как я могла?! Как я могла позволить себе отключиться в такой ответственный момент?! Мои друзья пропали, на моих плечах — задача спасти королевство от чумы, а я тут в обмороки падаю от усталости!

Безответственная идиотка!

— Если хочешь быть кому-то полезной, Зоряна, было бы неплохо научиться сначала следить за собственным здоровьем, — произнес Морган, будто прочитав мои мысли. — Усталый лекарь — плохой лекарь.

Он начал было отчитывать меня, как нашкодившую студентку, но я его уже не слушала. Мой мозг, наконец-то перезагрузившись, вспомнил о самом главном.

О времени!

— Сколько?! — я рывком села, отчего в голове снова все поплыло. — Сколько я провалялась без сознания?!

Морган недовольно поморщился, явно не одобряя, что я его перебила и нарушила его врачебные наставления.

— Около суток, — процедил он. — Ты провалялась в отключке почти целый день.

Сутки?! Целые сутки!

У меня внутри все похолодело.

— О нет, нет, нет! — я в ужасе подскочила со своего импровизированного ложа, напрочь забыв и о головокружении, и об Архилекаре.

Все мои мысли были там, в углу, у жаровни, где в медном котле стояли мои драгоценные банки.

Сутки — это же критический срок!

Если их передержать в тепле, культура «состарится», начнет производить споры вместо лекарства, и весь мой драгоценный пенициллин просто разрушится, превратившись в бесполезную зеленую кашу!

А если температура была недостаточной… то они просто не выросли, и я потеряла целый день, что в нашем положении почти равносильно катастрофе!