Книга Единственная повелителя орков, страница 76 – Елена Сергеева, Таша Тонева

Вечерело. Лагерь затихал после ужина. Я сидела рядом с Тааганом, дожевывая последний кусок жареной баранины.

Мы проезжали небольшое стойбище и нас приняли там как дорогих гостей. Еще и припасов в дорогу надавали.

А неугомонный Ликах все не унимался. Вот он устроился рядом со старым воином по имени Гром, у которого лицо было похоже на старую, потрескавшуюся кожу, а руки — на карту былых сражений.

— А вот это… — Ликах ткнул пальцем в особенно безобразный шрам на мощном предплечье орка. — Это что за штука? Уж очень зловеще выглядит.

Гром, не отрываясь, подлил себе отвара в чашку и хрипло усмехнулся.

— Эльфийская «ласточка». От стрелы с шипами. Не смертельно, но выковыривать эту заразу пришлось долго. Щипцами.

Ликах да и я невольно поморщились. Я очень хорошо могла представить как выглядело это ранение до того, как все зажило.

— И... это в той войне? — не успокоился неугомонный бард.

Гром молча кивнул, и его лицо, обычно невозмутимое, резко стало мрачным, как грозовая туча.

— До нее. Незадолго. Но уже тогда первые стычки начались. Они первыми напали. Из засады. На наших охотников у Ржавого ручья. Вырезали всех. Даже мальчишку-подпасока, лет десяти от роду, — он отхлебнул горячий отвар и вытер рот рукой. — За то, что, видите ли, наши табуны осквернили их священную поляну. Которая за сто миль от их проклятого леса была.

От его слов в воздухе повисла тяжелая, липкая тишина. Даже Ликах притих.

С другого конца костра мрачно добавили:

— А потом еще ихний посол приезжал, в шелках да в бархате. Говорил, что мы должны отдать всю землю до Драконьего хребта в качестве компенсации. Сказал, что иначе их магия накажет нас.

Раздались мрачные смешки. Магия на орков не брала. Никакая. Об этом знали все. Странно, что эльфы решили пригрозить таким образом.

Едва я об этом задумалась, как меня накрыла короткая ослепительная вспышка воспоминания.

Я сидела, не дыша, и кусок мяса встал у меня в горле комом. В памяти сами собой всплывали обрывки фраз, услышанных когда-то в светлых залах эльфийских дворцов.

Высокие, напевные голоса, полные холодного презрения к «неотесанным дикарям», к «варварам, не ведающим истинной культуры», к «степным крысам». Я всегда отмахивалась от этих речей, считая их пустыми и слишком напыщенными. Но сейчас... Сейчас они звучали в моей голове по-другому. Зловеще.

Особенно когда я вспомнила один короткий разговор, подслушанный у кабинета моего отца.

И сразу головоломка событий прошлого и настоящего сдвинулась и начала приобретать новый страшный смысл. Многое встало на свои места. Слишком многое…

Тааган, сидевший рядом со мной, не шевелился. Он смотрел на огонь, и его лицо было каменным.

— Они думали, что мы испугаемся, — тихо сказал он, так, чтобы слышала только я. Его голос был низким и ровным, но в нем чувствовалась сталь. — Как все остальные. Но мы не умеем бояться. Мы умеем только защищать свой дом.

Я молча положила свою руку поверх его огромной ладони, лежавшей на колене. Его кожа была удивительно горячей. Простой жест поддержки и любви. Он не посмотрел на меня, но его пальцы чуть дрогнули и раскрылись, чтобы переплестись с моими. Он сжал их, а мое сердце кольнуло тревогой.

Сколько еще подлых тайн хранит мое прошлое, и как теперь исправить то, что уже случилось?