Книга Тени Нового Орлеана. Сердце болот, страница 51 – Лера Виннер

Что ей снилось, Герда не помнила, да и вспоминать не хотела.

Так или иначе, остаток ночи принес необходимый отдых, и, почувствовав себя, наконец, готовой, она открыла глаза.

За плотными шторами угадывались дождливые сумерки, сквозь открытое окно доносился шелест мокрой листвы из сада.

Этот звук был единственным, что нарушало тишину, но именно он заставил проснуться окончательно, поднять взгляд на высокий деревянный балдахин над кроватью.

Спальня Роланда.

Герда моргнула, не рискуя пошевелиться, и посмотрела снова.

Комната и постель пахли знакомо и успокаивающе, и вся обстановка располагала к тому, чтобы здесь было уютно отдыхать или заниматься любовью.

Такое личное пространство, обустроенное под схожие пожелания двоих.

Она медленно повернула голову, наскоро пытаясь сообразить, как Дэнни мог допустить такую оплошность и притащить ее сюда, и где в таком случае провел день сам Смотрящий.

Если вернулся.

Если они не ищут его прямо сейчас в бесконечных дебрях болот.

Если…

Роланд спал рядом.

Одетый в пижамные штаны и вытянутую футболку, он лежал поверх покрывала на свободной половине кровати, по-человечески трогательно согнув одну ногу, и был катастрофически, непоправимо мертв.

Боясь дышать слишком шумно, Герда осторожно повернулась, разглядывая его безо всякого стеснения, и наконец в полной мере понимая, почему вампир не позволял ей спать рядом.

Версия о том, что он боялся спросонья утратить контроль и наброситься на беззащитного человека, не стоила ломаного гроша, но Роланд оказался бесконечно прав, озвучивая именно ее.

Сейчас рядом с ней лежал труп — неестественно бледный, с впалыми щеками и глазами и характерными пятнами на коже.

Как любой представитель своего вида, он не спал, а был мертв днем и выглядел при этом так, словно скончался несколько часов назад.

Разглядывая его, но не осмеливаясь коснуться, Герда поймала себя на смешной и очень странной ассоциации со старинной сказкой о заколдованной принцессе — уродливой до тех пор, пока не пробил назначенный час и не свершилось особое действие.

По всей видимости, это было ее наказанием за прошедшую ночь, когда она без объяснений и подготовки бросила Смотрящему в лицо свои навыки. Опасаясь за сохранность ее разума, и, вместе с тем — слишком возбуждённый, чтобы не отплатить той же монетой, он остался рядом. Позволил увидеть себя беззащитным и одновременно не вызывающим желания приблизиться.

Герда инстинктивно сжала монету, висящую на шее, скользнула пальцами по кожаному шнурку.

Даже в таком, откровенно непривлекательном для живого и психически здорового существа, виде Роланд не вызывал в ней ни тени отторжения.

Напротив, тот факт, что с наступлением темноты он проснётся и снова будет жить, воспринимался как восхитительное чудо.

Роланд не попадал под определения вроде "бытие" или "существование", он жил, и эта жизнь даже сейчас теплилась и обозначалась где-то в нём.

Или она просто себе это придумала, чтобы легче было справиться с первым шоком.

Стараясь двигаться как можно тише, Герда выбралась из постели и обошла её, взяла с подлокотника кресла свою заботливо приготовленную одежду.

В доме стояла тишина. Вампиры спали, людей, по понятным причинам, не было.

Мозг просыпался, и вместе с ясностью в сознании возникал, вгрызаясь в крестец, холодный страх.