Книга (не) Возможный союз бывших, страница 38 – Дарья Редьяр

— Прекрасный букет цветов, — начинаю я разговор, и мой голос звучит неожиданно громко в повисшей тишине.

Все взгляды устремляются на меня. Даже Фреджа удивлённо вскидывает брови — я редко заговариваю первым за ужином.

Но Эстерлина не реагирует. Она так и сидит, уставившись в свою тарелку рассеянным, отсутствующим взглядом. Словно меня не существует. Словно она за тысячу миль отсюда.

— Где же вы нашли их? — продолжаю я, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

Тишина. Неловкая, затяжная, гнетущая.

Гермина бросает быстрый взгляд на сестру, потом на меня и, поняв, что старшая не собирается отвечать, нехотя вступает в диалог:

— На небольшой полянке у водопада. У горной речки.

Я прищуриваюсь. Водопад. Горная речка. Интересно.

— Как же вы добрались туда, Эстер? — я намеренно обращаюсь к ней, не сводя глаз с бледного лица. — Думаю, нелегко было спуститься с травмированной ногой по горным камням и уступам.

Молчание становится неприлично долгим. Воздух в столовой словно густеет, давит на плечи. Я жду. Наблюдаю. И мои подозрения крепнут с каждой секундой.

Наконец Адриан берёт руку Эстер в свою — нежно, осторожно, словно освобождая её от наваждения.

— Дорогая, — его голос звучит мягко, но я слышу в нём напряжение. — Маркиз обращается к тебе. Интересуется, как ты смогла спуститься к водопаду за такими прекрасными цветами.

С каждым его словом Эстер словно возвращается из глубокого омута. Медленно, мучительно медленно. Ресницы её вздрагивают, взгляд фокусируется, и наконец она осознаёт, где находится и кто перед ней.

— Ох, простите мне мою грубость, — голос её немного дрожит. — Я сегодня, видимо, слишком устала. Не способна воспринимать информацию, пока не высплюсь.

Она пытается улыбнуться — виновато, извиняюще, но улыбка выходит бледной, натянутой.

— А спуститься к водопаду не составило никакого труда. Ведь Адриан — крепкий и надёжный дракон, способный с лёгкостью удержать меня на руках.

Эти слова вонзаются в меня острым кинжалом. Внутри всё закипает. Но это нечто новое, не похожее на гнев. Чувство вспыхивает пожаром, прожигая грудь изнутри.

— Это безрассудно! — вырывается у меня прежде, чем я успеваю подумать. — Значит, вы были на руках у вашего любовника, в безопасности, а Гермина шествовала одна, и некому было даже подать ей руку? Вы поставили здоровье моей невесты под удар!

Я надеюсь вывести этих стервятников на чистую воду. Надеюсь, что они запутаются, спасуют, признаются в обмане.

Но Эстер смотрит на меня — долго, пристально, изучающе. И в её глазах загорается знакомый огонь.

— Бросьте брюзжать, маркиз, — произносит она с вызовом, и в голосе её возвращается прежняя дерзость. — Виконт — замечательный маг воздуха. Ему не нужны руки, чтобы страховать мою сестру.

Она смотрит мне прямо в глаза — долго, сосредоточенно, будто пытается найти ответы на вопросы, известные лишь ей. Будто сканирует мою душу, проникает в самые тёмные уголки.

Я начинаю тонуть в этом взгляде и ненавижу себя за это.

— Завтра гостей в нашем поместье станет больше, — объявляю я во всеуслышание, резко переводя взгляд со старшей сестры на младшую. Делаю вид, что ставлю в известность будущую хозяйку.

Гермина, блуждающая в собственных мыслях, меня просто игнорирует. Она резко вскидывает голову, обводя окружающих растерянным взглядом — и только потому, что баронесса Терманут не слишком аккуратно пинает её под столом.