Книга История "не"скромной синьоры, страница 146 – Юлия Зимина

— А вот и я, — с улыбкой произнесла я, подходя к ним. — Маюш, много не ешь. Зубы заболят.

— Они такие вкусные! — пискнул ребёнок, счастливо жмурясь.

— Амалия, — я достала из сумки новый лист бумаги и уголь. — Мне нужен твой свежий набросок для семейного портрета.

— Я готова! — она тут же выпрямилась и приняла изящную позу.

Пока Май был занят уничтожением сладостей, я быстрыми, уверенными штрихами переносила черты дочери князя на бумагу. В беседке стояла приятная, расслабленная атмосфера. И я решила, что самое время немного побыть сводницей.

— Знаешь, — начала непринуждённым тоном, не отрывая взгляда от эскиза, — считаю, что ужин у нас дома прошёл просто замечательно.

— О да! — воодушевилась Амалия. — Было так весело!

— А Авель оказался очень приятным и компанейским молодым человеком, — как бы невзначай бросила я, делая лёгкий штрих на скуле. — Простой, с отличным чувством юмора. И не скажешь, что в нём течёт императорская кровь.

Я краем глаза заметила, как Амалия дрогнула. Её щёки, до этого лишь слегка тронутые естественным румянцем, начали стремительно розоветь.

— Да… — протянула она, старательно отводя взгляд в сторону розовых кустов. — Он… он умеет быть невыносимым, но… в целом, неплохой собеседник.

Я мысленно потёрла руки. Реакция была красноречивее любых слов.

— И знаешь, что ещё я заметила? — я хитро прищурилась, откладывая мелок и глядя прямо на смущённую девушку. — Он ведь весь вечер глаз с тебя не сводил.

Амалия замерла. Её ресницы взлетели вверх, а глаза округлились от удивления и тщательно скрываемой надежды.

— Правда? — выпалила она на одном дыхании, тут же сдавая себя с потрохами.

Я не выдержала и звонко хохотнула. Румянец на щеках дочери князя стал пунцовым, она поняла, что выдала свои чувства с головой.

— Правда-правда, — с улыбкой подтвердила я, бережно убирая готовый эскиз в сумку. — Я, кстати, собираюсь на днях снова наведаться к нему в мастерскую. За новым деревянным полотном, — я наклонила голову набок и лукаво посмотрела на неё. — Если хочешь, можешь составить мне компанию.

Амалия окончательно поняла, что я её раскусила. Она опустила глаза, нервно затеребила длинные шёлковые завязки на своём платье, накручивая их на палец.

— Ну… — пробормотала тихо дочь князя, пытаясь скрыть радостную улыбку, — если тебе нужна помощь, чтобы донести это полотно… то я, конечно, с удовольствием составлю компанию.

— Вот и договорились, — подмигнула я, чувствуя, что день удался по всем фронтам.

Авель

Вжик. Вжик.

Острый нож рубанка с приятным, тягучим звуком снимал тончайшую стружку с поверхности дубовой доски. Золотистые завитки дерева, закручиваясь спиралями, падали на пол, усеивая его мягким, пружинящим ковром.

В мастерской старика Роя царила особенная атмосфера, ради которой я променял шёлковые простыни на жёсткий тюфяк. Воздух здесь был густым, пропитанным ароматами свежей смолы, льняного масла, олифы и нагретой на солнце древесины. Лучи света, пробивающиеся сквозь широкие окна, подсвечивали витающую в воздухе древесную пыль. Повсюду — на стеллажах, на верстаках, у стен — громоздились доски разных пород, заготовки и старинные инструменты, каждый из которых имел свою историю.

Я с силой провёл рубанком ещё раз, чувствуя, как напрягаются мышцы предплечий. Физический труд отлично прочищал мозги. Закатанные до локтей рукава простой чёрной рубахи потемнели от пота, но я не обращал на это внимания, полностью погрузившись в процесс и… в свои мысли.