Книга История "не"скромной синьоры, страница 129 – Юлия Зимина

— Жестокая ты, — давилась хохотом я. — Скорее всего, у парня просто был переходный возраст. Все мы в это время не особо привлекательны.

— Ну да, — неохотно согласилась она. — Ему на тот момент пятнадцать или шестнадцать было. Я его на два года младше. Они тогда к нам в гости приезжали на целое лето. Ох, и вредный же этот Авель! Ходил с таким важным видом, задирал нос. Меня так и тянуло ему какую-нибудь гадость сделать! Я ему один раз в сапоги лягушку запихнула! Ох он тогда визжал!

Мы расхохотались так громко, что за окном испуганно вспорхнули птицы.

Отсмеявшись и утерев слезы, я посмотрела на часы. Время близилось к обеду.

— Слушай, — предложила я, — не хочешь прогуляться со мной на рынок? Мне для работы нужно хорошее, гладкое деревянное полотно.

— На рынок? С удовольствием! — тут же подскочила Амалия.

Мы вышли во двор, позвали Мая, который с радостью променял битву с крапивой на перспективу съесть медовый леденец, и втроем отправились в город.

Погода стояла прекрасная. Солнце припекало, но легкий ветерок не давал зажариться. Май скакал впереди нас, болтая без умолку и размахивая подаренным Лестром щитом, а мы с Амалией неспешно шли следом.

Погуляв по торговым рядам и купив Маю обещанный леденец, я обратилась к торговцу тканями, чтобы узнать, где здесь можно найти столярную мастерскую.

— А вон туда идите, милые дамы, — указал он пухлым пальцем в сторону узкого переулка. — Там дед Рой держит лавку. У него древесина знатная, на любой вкус.

Идти оказалось действительно недалеко. Вскоре мы остановились перед небольшим каменным зданием, над дверью которого висела деревянная вывеска в виде рубанка. Воздух здесь был совсем другим: пахло смолой, свежими опилками и олифой. Запах был густым, мужским и очень уютным.

Мы толкнули тяжелую дверь и вошли внутрь. Звякнул колокольчик.

Помещение было заставлено досками разных пород, готовыми столешницами и какими-то заготовками. Из-за стойки к нам вышел немного скрюченный, сухой старик в очках с толстыми стеклами.

— Чего желают прекрасные леди? — проскрипел он, вытирая руки о фартук.

— Добрый день, — улыбнулась я. — Мне нужно деревянное полотно. Небольшое, но идеально отшлифованное, без единого сучка и трещинки. Из твердой породы дерева.

Старик покивал, с интересом разглядывая нас.

— Идеально гладкое, говорите? Тонкая работа предстоит?

— Да, — подтвердила я.

— Хм… — он пожевал губами. — Такого готового у меня сейчас в зале нет. Но мой подмастерье как раз работает над заказом из красного дерева. Может, у него остался подходящий кусок. Пройдите в мастерскую, вон в ту дверь, — он махнул рукой в глубину лавки.

Мы поблагодарили старика и направились к указанной двери. Оттуда доносился ритмичный, вжикающий звук рубанка.

Я толкнула скрипучую створку.

Мастерская оказалась просторной и светлой из-за больших окон. Повсюду висели инструменты, пол был усыпан золотистой стружкой.

В центре комнаты, спиной к нам, стоял молодой мужчина. На нём была простая чёрная рубаха, рукава которой закатаны до локтей, открывая жилистые, сильные предплечья, покрытые мелкой древесной пылью. Поверх рубахи повязан плотный кожаный фартук. Он ритмично и с силой водил рубанком по длинной доске.

Услышав шаги, мужчина остановился, стряхнул стружку с инструмента и медленно обернулся.