Книга Полный кошмар для архимага, страница 50 – Анастасия Гудкова

Меня с детства учили, что подарок — это обязательство. И что ни один мужчина не склонен одаривать девушку просто так. А значит, если я приму то, что в коробочке, Алан получит право попросить что-то взамен. Для меня же это было равноценно шагу в ледяную воду широкой незнакомой реки, которую мне зачем-то нужно было перейти вброд.

— Не надо... - решительно начала я, поглядывая на коробочку едва ли не с ужасом.

— Дослушай меня хоть раз, Мелисса, — укоризненно попросил Гренрей.

Он ловко отщелкнул крохотный замочек, и даже я не смогла сдержать восхищенного вздоха. На бархатной подушечке лежал браслет удивительной красоты. Серебристый, словно сплетенный из веток и листьев, украшенный сияющими камнями в цвет четырех стихий. Была лишь одна мелочь, смутившая меня до глубины души. Нужно было быть совсем несведущим, чтобы не знать, что браслеты мужчины дарят только в одном случае...

— Ты станешь моей навеки, Мелисса?

Вот так просто? Без лишних условий, сложных церемоний и долгого знакомства? Это тоже последствия магического отката? Говорят, ритуалы с витой плохо изучены, а значит, Гренрей мог предложить мне замужество не от чистого сердца, а лишь потому, что так того требует ситуация. И что мне ответить?

— Я... Я не... Мне нужно подумать... - пробормотала я, с горечью глядя на удивительный браслет.

— Разумеется, — ничуть не смутился архимаг, словно именно на такой ответ он и рассчитывал. Вот тееперь я решительно ничего не понимала. Если дело не в откате и не в чувствах, которыми он ко мне так внезапно воспылал, тогда для чего все это?! — Но я бы попросил тебя все-таки надеть браслет, если ты не возражаешь. На всякий случай.

— Это защитный артефакт, — догадалась я. — Ты мог выбрать иную форму, не обязывающую тебя...

— Безусловно, мог, — губы Алана тронула легкая улыбка. — Но помнишь, я говорил, что мы сами выбираем своб судьбу. И я выбрал браслет не потому, что подумал, что кулон ты потеряешь в запале очередной битвы, а потому, что хотел выбрать именно браслет. И, кажется, я объяснил, почему.

— Потому что поделился со мной витой, — кивнула я.

— Потому что я тебя люблю, — просто ответил Гренрей. — И вита тут мало на что повлияла.

Я уже почти согласилась стать его супругой, а он почти меня поцеловал, когда в зал вбежал взъерошенный Гассир. От прежнего лоска не осталось и следа: рубашка вылетела из брюк, жилет висел на одном плече, а волосы были неприлично растрепаны.

Не сговариваясь, мы оба подскочили и бросились навстречу старику. Тот с трудом собрался с мыслями, хрипя и задыхаясь от быстрого бега. Лишь через несколько мгновений Гассир стал способен внятно говорить, и затараторил быстрее боевых заклинаний:

— Маэтр Гренрей, беда! Сигнал из дворца, у меня на пороге появился портальный артефакт. Я не потревожил бы вас по пустякам, но сделать вид, что я не заметил... Да и снаружи что-то странное...

Мы выбежали на балкон. Старик был прав, снаружи и впряммь творилось что-то странное. Будто стихии разом взбунтовались против людей: с неба крупными острыми каплями сыпался дождь, ветер трепал полуразрушенные крыши соседних домов, то и дело в разных местах вспыхивало пламя, а по земле ползли зеленые щупальца неизвестных растений.

— Когда началось? — рыкнул Гренрей.