Книга Конд Корви. Его Невозможное Величество, страница 81 – Татьяна Абалова

— Знаешь, как переводится с моего родного языка твое имя? – мне хотелось его уесть. Я опустила то значение, что английский мне не родной. – Душа. Может, ты и Душа, но только черная.

Соул лишь улыбнулся моей ребячливости. Лорд Дервиг же вопросительно выгнул бровь. Плевать. Пусть гадает, какой язык я считаю родным.

— Нет, ты не Душа. Много чести, – у меня все еще кипело, а больше всего злило, что мои слова нисколько не задевали Соула. Он откровенно потешался. – Ты Душечка или даже Душонка. Это уменьшительное, но не ласкательное имя. Запомни.

Соул громко рассмеялся, а я уткнулась лицом в меха.

Карета въехала во внутренний двор крепости.

Только выбравшись наружу, я поняла, почему замок оказался для эриверцев неприступным. Пока с грохотом не опустилась решетка, я успела заметить, что путь к воротам преграждал глубокий овраг. Мост медленно поднимался. Шесть воинов крутили колесо, чтобы тот встал на место и, помимо решетки и крепких ворот, сделался дополнительной защитой крепости.

Заныло сердце, стоило только представить, что предстоит сделать Конду, чтобы прорваться к дядюшке. По–родственному попасть в укрепленный замок с крепостной стеной в четыре этажа никак не удастся. Я задрала голову вверх и почувствовала себя стоящей на дне колодца. «Увидеть небо в копеечку» – теперь я понимала это выражение.

Острые шпили крыш и башен словно намеревались проткнуть небо. На штандартах висели флаги с изображениями родового герба. Я только сейчас рассмотрела Разящий кинжал вкупе с другими символами и вздрогнула от ужаса: он протыкал чье–то сердце.

Почему я так и не нашла времени прочесть книгу о родах Рогуверда? Наверняка в разделе геральдики я обнаружила бы герб Дервигов и уже тогда узнала бы, кем является дядюшка Конда Корви – жестоким и бессердечным горцем.

Мне не дали долго стоять на холоде. Матиас вновь подхватил меня на руки и понес к зданию. Оно надвигалось серой громадиной.

В просторном холле нас встречали слуги. Чуть в стороне от них стоял молодой темноволосый мужчина. От меня не скрылись ни его богатые одежды, ни вопросительный взгляд, брошенный на лорда Дервига, ни ответный резкий кивок Матиаса, после которого парень незамедлительно скрылся. Он буквально шагнул в тень и растворился в ней.

Я перевела взгляд на Душечку Соула, но, судя по всему, тот сам впервые перешагнул порог негостеприимного дома. Он, если и озирался, то исподтишка, пользуясь заминкой, пока слуги были сосредоточены на лорде Дервиге и его ноше.

— Открыть какую–нибудь из комнат? – рядом с Матиасом вырос старик. Еще крепкий, но наверняка помнящий предыдущих хозяев.

— Да, покои леди Беаты, – у деревянной лестницы, ведущей на второй этаж, меня опустили на ноги.

Я не знала, кто такая Беата, но вскоре поняла, увидев ее портрет в покоях, предназначенных для меня. На стене висел портрет матери Конда. Как же хорошо, что Соул познакомил меня с родственниками Корви, и теперь я легко их распознавала.

Самого Соула разместили в соседних покоях, и при желании я могла бы перестукиваться с ним. Это на тот случай, если я вдруг сделаюсь узницей, и мне захочется хоть с кем–то пообщаться.

— Мне дадут служанку? – спросила я у лорда Дервига. Я ни за что не смогла бы расстегнуть сто одну пуговицу на спине бального наряда.