Книга Неверный муж. Я тебя (не) прощу, страница 13 – Мария Шарикова

— Ты не можешь везти её в столицу, — наконец произнесла она.

Маркиз кивнул, соглашаясь со словами любимой родственницы.

— И я уже сто раз поблагодарил проведение, которое направило корабль сюда, а не в Дувр.

Сестра бросила на него пронзительный взгляд.

— Ты только представь какой фурор она произведёт в Лондоне, и как... Как её примут родственники.

— Даже думать не хочу, — рассмеявшись, отмахнулся Дэр, в душе понимая, как права Ронни.

— А зря, — Вероника снова подняла брови, — очень зря. У тебя три дочери. И это теперь их мать.

— Так сделай из неё леди, — будто только теперь поняв суть проблемы, заявил маркиз, заняв кресло напротив сестры и закинув ногу на ногу, — у тебя есть время до февраля. Думаю, его будет достаточно, и ты сможешь превратить дурнушку если и не в бриллиант чистой воды, то хотя бы в самоцвет.

— Порой твои манеры оставляют желать лучшего, братец, — недовольно произнесла Вероника, — но так как речь идёт о благе семьи, я готова взяться за дело. Главное, чтобы твоя жена тоже была согласна.

— Она согласится, Ронни. Она во всём старается мне угодить!

— Но я не смогу изменить её лицо!

— Главное, изменить её манеры. А с лицом я сам разберусь…

* * *

Ужин прошёл довольно гладко, что не могло не радовать маркиза.

И теперь, когда с трапезой было покончено, Дерек наблюдал за своей молодой женой, восторженно рассматривающей картины в гостиной, и закусил губы. Говорить с ней ему не хотелось, и он воспользовался тем, что она его не видела, увлеченная творением мастеров. Она ходила вдоль полотен, как в музее, и платье, что было на ней надето, совершенно неуместное в этом доме, волочилось за ней, как половая тряпка. Он понимал, что Рейчел — дочь простого коннозаводчика без роду и племени, но не понимал, как можно быть настолько... Простой. Как можно носить такие некрасивые совершенно не идущие ей вещи, и все эти оборки, что составляли её гардероб. Он женился на ней с открытыми глазами, но как сказала Вероника, с этим надо было что-то делать. Допускать её в лондонский свет нельзя. Тем более, что с ней будут проблемы в любом случае. Его, конечно, подвергнут допросам и насмешкам, но к этому он был готов. Главное, чтобы Рейчел не вышла в свет в том платье, что было на ней в день их свадьбы.

Что было хорошо в ней, так это темперамент. Ночами Дэр гасил свечи, чтобы не видеть её лицо, и представлял, что в его постели одна из тех пассий, что он использовал для удовлетворения своих сексуальных нужд. Шарлотта, которую он любил до умопомрачения, предпочитала спать в одиночестве, и к супружескому долгу относилась, как и положено леди — как к необходимости для рождения детей. Она была слишком утончена и хрупка для этой миссии, и маркиз давно привык разделять супружеский долг и свои естественные потребности. Одно время он содержал актриску, телом похожую на Рейчел, пухленькую, но очень страстную. Она не была ведущей актрисой и играла служанок, слишком простая для главных ролей, но его вполне устраивала. Вот и Рейчел. Можно было гасить свет и не видеть её лица, представляя, что в его постели по-прежнему Энн, которая полгода назад вышла замуж и уехала из Лондона куда-то в Шотландию…

С такой женой не нужна и любовница, с усмешкой подумал он. В Рейчел не было ничего утонченного. Она была проста, как Энн, и такая же страстная. Постепенно он понял, что желает её чуть ли не каждую ночь, и испугался, что привяжется к ней. Она готова была исполнять любые его капризы, не стеснялась в выражении эмоций и не была робка. Она не лежала, прикрываясь простыней, как Шарлотта, и не стеснялась проявлять инициативу. Подумав, Дэр пришел к выводу, что ему повезло. Но оставлять старые привычки он не собирался, и сразу по прибытию в Лондон намеревался поискать новую девушку, которая будет жить в домике Энн.