Книга Путешествие в Древний Китай, страница 87 – Лора Лей

— Я настоятельно не рекомендую Вам пытаться что-либо предпринимать в отношении меня в будущем. Ни один мой недоброжелатель не пережил конфликта со мной. Будьте благоразумны, готовьтесь к свадьбе и живите дружно. Господин министр, а Вам я советую в будущем быть очень внимательным и предусмотрительным в отношении Ваших родственников, — он кивнул в сторону семейства Сюэ. — Предавший однажды сделает это снова. Берегите себя, уважаемый, еще увидимся. Провожать меня не надо. Прощайте.

И под непередаваемо-выразительными взглядами оставшихся иностранцы покинули некогда счастливое собрание. Ниу и Юн не удержались и бросили на выходе взгляд на троицу за столом: понуро опустившие головы собутыльники вызывали омерзение, брезгливость и почему-то жалость.

Покинувшая особняк Го-дарена компания хранила молчание по пути до дома Тайра, и только там дала выход эмоциям: Ниу хохотала, держась за живот и периодически смахивая слезы с глаз, А-Юн прыгал и бегал по саду, крича во все горло, даже невозмутимый самурай, выхватив из ножен катану, несколько раз резко взмахнул ею в воздухе.

Успокоившись сами и успокоив встревоженного необычной сценой Сэтоши, они уселись в комнате Хироюки, выпили вина и, закусывая, начали делиться впечатлениями.

— Это было великолепно, Тайра-сама! Все — и разговор, и поведение, и деньги! Как Вы их! — Ниу была непривычно для себя возбуждена и эмоциональна. — Спасибо Вам огромное! Я просто не представляю, как бы справилась сама! Наверное, смогла бы все равно, но с Вами мне не сравниться! Вы — мой герой, Хироюки-сан!

Ниу подошла и крепко обняла мужчину, чем повергла того в шок. Самурай неловко завозился на полу и несколько раз откашлялся.

— Не смущайтесь, Тайра-сама! Шицзе такая! — добродушно пояснил Бай Юн. — Но она права: Вы потрясающий! Спасибо за всё! — Парень встал и низко поклонился хозяину дома. — За последний год это самая хорошая новость для нас. Мы теперь сможем жить дальше! И теперь у нас есть деньги для мести…

Юноша хотел продолжить, но осекся. Японец же забеспокоился:

— Мести? Вы хотите отомстить кому-то еще? Кому, Ниу-тян?

Ниу укоризненно взглянула на брата, вздохнула и ответила воину:

— Мы хотели разобраться с наложницей отца, которая, я подозреваю, обманом заставила его оставить нас без средств к существованию. Судя по всему, отца она чем-то опаивала, чтобы он слушал только ее. Только этим можно объяснить его нелепое завещание… Если бы не мое приданое — поместье, мы бы с Юном оказались на улице в прямом смысле: родительский дом по волеизъявлению отца отошел ей, как и все деньги, фамильные драгоценности, доля в гильдии… Нам с Юном было отписано по сто лян при вступлении в брак, не раньше… По ее же наущению, определённо, он прогнал старшего брата и даже лишил его имени рода…

— Мы отказались ей подчиниться как опекунше или… мачехе, и она выгнала нас даже без вещей сразу после похорон отца… Спасибо кормилице, сохранившей спрятанное ранее небольшое имущество, уместившееся в одной сумке, иначе, не знаю, как бы мы смогли доехать до столицы… Ну, я Вам уже это говорила. Простите, что повторяюсь — прошептала Ниу, вспомнив предысторию своего попадания в тело Руо.

Хироюки молча смотрел на девушку и обнявшего колени и уткнувшегося в них лицом юношу. К чему слова? Ребятам нужно время. Но они и так молодцы, особенно Ниу. Поразительная сила духа и оригинальность ума! Она нравилась мужчине, притягивала, но интереса к себе как объекту страсти он не чувствовал. И это расстраивало воина помимо воли… Может, со временем? Сейчас она видит в нем помощника, друга, но не мужчину… Надо подождать, а вдруг?