Книга Путешествие в Древний Китай, страница 85 – Лора Лей

И Мухен, опустившись на колени, несколько раз истово поклонился министру, стукнув лбом об пол. Сюэ Муян поддержал заявление сына глубоким поклоном.

Го Зедонг принялся уговаривать вновь обретенных родственников прекратить церемонии, заверять в своем прощении и тд, и тп, как говориться.

И столько облегчения и радости было во взаимных уверениях и лести, что холодный голос гостя, раздавшийся чуть погодя, был подобен ведру воды, вылившейся на головы чудом избегнувших смерти мужчин.

— Всё это прекрасно, господа, я рад за вас. Но…

— Что Вы хотите сказать, уважаемый господин Тайра? — недовольно спросил воспрявший только что духом министр. — Раз вопрос о разводном письме решен, документ готов, осталось поставить подписи и забыть об этом неприятном инциденте, не так ли?

— Действительно, господин, что за пауза в Вашей речи? — приободренный отменой приговора, вернувший себе достоинство Сюэ-старший надменно глянул на гостя и с вызовом добавил. — Вы же сказали, что девица, заботясь о нас, согласилась на разрыв помолвки?

Хироюки смотрел на троицу и молчал.

* * *

Министр Кучер вновь почувствовал когти тревоги на своей груди. В отличие от будущих родственников, он начал догадываться, что молчание посла подразумевает очередную неприятность. Хоть Го Зедонг и был туповат, по мнению коллег-чиновников, он не был совсем уж глуп, поэтому хозяин дома заставил себя сосредоточиться и посмотреть на выражение лица иноземца.

Общение, пусть нечастое и кратковременное, позволяло судить о нем как об умном, знающем и непростом человеке. Воин бывал при дворе вежлив, сдержан, почтителен, но не высокомерен, дела вел аккуратно, поймать на чем-то непристойном его не удавалось, а владение мечом и участие в торговых операциях свидетельствовали о его смелости и предприимчивости.

Тайра-сама не говорил лишнего. И это его показательное молчание настораживало.

— Есть что-то ещё, господин Тайра? — решился министр.

— Вы правы, господин Го. Документы у меня с собой, верно. Однако я не сказал, что девушка готова их подписать … просто из любви к бывшему жениху. — Он выразительно посмотрел на молодого ученого.

Старший Сюэ возмущенно воскликнул:

— Вы хотите сказать, что эта несчастная смеет что-то требовать от моего сына? Да она должна быть счастлива, что была его невестой целых три года! И разрыв помолвки с ним — это благое дело, которое позволит ей заслужить хорошую карму!

Сюэ Муян возмущенно пыхтел, Сюэ Мухен напрягся и прищурился, а министр Го начал догадываться, к чему клонит гость.

— Сюэ-си (очень официальное обращение), понимаю Ваше негодование. Действительно, как эта несчастная, как Вы выразились, смеет думать о чем-то, кроме счастья Вашего драгоценного сына? Женщина рождается для того, чтобы служить и повиноваться мужчине, ибо так завещали предки, да? Однако Я — не девица. — голос Хироюки обрел силу и похолодел, воин сделал многозначительную паузу и внимательно посмотрел на министра. — Вы понимаете, Го-дарен?

«Вот оно» — обреченно подумал конюший императора. И приготовился слушать дальше, уже догадываясь, что сказанное ему не понравится.

— Все присутствующие заинтересованы в сохранении секрета. И он будет сохранен. Однако у всего есть цена, и у молчания — тоже. Вы, трое, будете молчать, потому что связываетесь браком — ко взаимному, я уверен, удовольствию. Девушка удовлетворится хорошей кармой, как предложил уважаемый Сюэ-сан. А вот что заставит молчат меня, как Вы думаете, господа хорошие?