Книга Путешествие в Древний Китай, страница 75 – Лора Лей

— Давайте еще посидим, потом заглянем в аптеку за мылом и щеткой для чистки зубов, и на украшения глянем. Мне больше хотелось бы в кузницу попасть.

Сэтоши и Юн посмотрели на неё удивленно, у японца вырвалось:

— Неожиданное желание для женщины. Вы хотите заказать оружие или что?

— Нет, хочу на печи и материал посмотреть. Что делают, как. Это возможно?

— Вряд ли пустят внутрь, мастера чужих не любят, секреты хранят. Вы с господином поговорите — осторожно ответил слуга самурая.

Расслабленное состояние ума и тела позволило обратить внимание на повторяющийся звук барабана, ранее девушкой не замеченный.

— Сэтоши-кун, что это?

— Это гонг чжунгулоу ("башня с колоколами и барабанами"), отсчитывающий время. Она находится в центре города, и специальный смотритель, следящий за водяными часами, так оповещает жителей, что прошел период «чашки чая» (15 минут примерно). Надо идти, до определенного господином времени возвращения не так много осталось — вдруг подхватился японец.

Молодые люди расплатились и двинулись в сторону лавок с парфюмерно-мыльными товарами. Увы, хоть по названию (фейцао) продукция и соответствовала привычному иномирянке мылу, но по сути таковой не являлась: это были шарики размером с апельсин из порошка медовой саранчи, которые образовывали пузырьки и были эффективны при удалении грязи и пятен (ей бабушка Нианг о таком средстве для омовения тела тоже рассказывала).

Предлагались ещё «шарики для ванн» из поджелудочной железы свиней, которую измельчали и смешивали с бобовым порошком и ароматическими веществами. При использовании из смеси выделялись расщепляющие ферменты, которые пенились, сапонин и лецитин из бобов. Такой продукт не только очищал кожу, но и питал её, Ниу читала о нем. Но это было не то мыло, о котором она мечтала! Ну хоть щетка была привычного вида, из натуральной щетины.

«Придется изобретать мыло и велосипед» — решила попаданка. Про велосипед и самокат она подумала снова, когда обратила внимание на чистые, выложенные камнем улицы столицы, как и в Шаосине. Здесь функционировала даже служба подметальщиков, о чем сообщил их гид.

«По таким дорожкам самокат должен хорошо бегать. А еще рикши для дам. Грузы возят бегуны, а людей-то почему носят? Надо подумать. А вдруг получиться наладить производство и сбыт? ООО, деньги!»

Парни затащили-таки Ниу к ювелиру! Они рассматривали украшения с любопытством истинных ценителей красоты, а девушка, вернее, женщина-автомеханик — с позиции применяемых мастерами техник обработки металла и камней.

Ограненных ожидаемо не было, золотых и серебряных — меньше, чем бронзовых (тоже понятно, не тот контингент), до перегородчатой эмали или чернения, видно, еще не доросли, хотя филигрань попадалась, констатировала попаданка, познакомившись с представленными изделиями.

Разнообразием ассортимент, с ее точки зрения, не отличался: шпильки, браслеты, серьги, последние — с примитивным креплением на изогнутой петле. Не было замков на защелке, привычных тонких колец, цепочек, кулонов, пуссет, клипс или привлекательных кафф на уши, широко распространенных в прошлом мире.

«Вот тоже вариант прогрессорства, кстати — мимоходом подумала Ниу. — А что? Красиво, необычно. Прикупить инструменты, проволоку, да и попробовать на досуге».