Онлайн книга «Путешествие в Древний Китай»
|
Ниу действительно сожалела, но что она могла? Признаться и уйти? И оставить парня разбираться со всем одного? Или признаться всем и каждому и ждать, что ее прибьют, за ненадобностью, как нечисть? Возможен такой вариант? Да запросто! Так что — прочь сантименты, все сомнения оставим на потом! — Да я понимаю — тяжело вздохнул юноша. — Не поверят люди в такое, отправят тебя в монастырь или ещё хуже… А я не хочу, чтобы ты уходила… Не хочу и тебя...потерять... — Я не уйду и не потеряюсь, я же тебе пообещала! Так что там с нашим делом? — тормошила его Ниу, отвлекая от опасной темы. Бай Юн поерзал на месте, прокашлялся и поведал о визите в дом Лю. — Ой, ну, порывалась кормилица поехать в чжуанцзы, но я убедил, что тебе лучше пока оставаться в поместье, и мне тоже. Там тихо, тебе нравится, тетка Мэй за нами присмотрит. Вот поправишься немного, тогда и приедем, или она сама нас навестит. Документы забрал, мамушка Лю еще денег добавила. Оказывается, она продала сестрины вышивки задорого, ещё просили, но ведь ты… И вон — он указал на сверток, — платья там, еще что-то, увидишь, и мне кое-что из одежды. Они с Руо-цзе раньше сумели вынести, на всякий случай, чтобы Чунтао не испортила. Так что, мы в порядке! Завтра найдем повозку, и можем отправляться в столицу — искать Сюэ Мухена и решать вопрос с помолвкой, как ты предложила! * * * Действительно, смена одежды и нижнего белья превосходного качества им обоим была обеспечена предусмотрительной предшественницей, как и ночное облачение плюс пара носовых платков. Большое тонкое полотенце, несколько серебряных заколок и пара серег, черепаховый гребень, немного косметики, маленькое бронзовое зеркало, вышивальные иголки и шелковые нитки в отдельном плотном мешочке, туфельки и сапожки для Юна, мешочек с серебром (около пяти лян). «Девочка что-то чувствовала, определенно, и готовилась...» — с горечью подумала Ниу. Младший Бай тем временем продолжал докладывать: — Еще кормилица сказала, что у неё хранятся старинные и мамины каллиграфии. Мама отдала в подарок, но матушка Лю намерена их нам вернуть. Как память. И еще: она сказала, что Чунтао интересовалась нашей столичной теткой, поэтому к ней идти не стоит. Ну, это на всякий случай, я и не собирался — она нехорошая. — Сяо Юн, спасибо! Ты хорошо справился! Когда мы разберемся со всеми проблемами, я найду способ заработать много денег, и тогда мы обязательно отблагодарим кормилицу Лю, а твоим сестре и маме будем воздавать молитвы во всех храмах, какие здесь есть, если это поможет тебе… Бай Ниу притянула к себе юношу, и они некоторое время молчали, думая об ушедших. Атмосфера в комнате была торжественной и немного грустной… * * * Единение семьи Бай было нарушено тихим стуком в дверь и сообщением слуги, что ужин готов. Приняв поднос и распорядившись о вечернем омовении, брат и сестра поужинали, потом помылись по очереди в небольшой лохани, но горячей водой, и даже вымыли волосы! Вместе с водой слуги принесли полотенца, постельное белье (ну, так посчитала Ниу, увидев большой отрез полотна и два одеяла), небольшие брусочки, в которых попаданка узнала слитки сапонина, извлекаемого из золы спорыша и полыни, про которые ей когда-то рассказывала бабушка Нинг: их, ароматизированные фруктовыми и цветочными запахами, на заре её юности использовала её семья в быту. Эти растительные брусочки не пенились, но позволяли довольно неплохо очистить кожу, а горячая вода — прополоскать волосы. |