Книга Путешествие в Древний Китай, страница 46 – Лора Лей

Бай Ниу с трудом сдерживалась, чтобы не расхохотаться. Честно говоря, на такое она абсолютно не рассчитывала. Но хамов всегда ставила на место. «Интересно, что же будет дальше? А ханьфу-мэн молодец, ситуацию просек на раз-два и среагировал красиво. Да и сам хорош, прям айдол…» — подумала попаданка, но вслух произнесла другое:

— Брат, пойдем, поищем другое место для отдыха. Теперь я понимаю, почему здесь останавливаются преимущественно иноземцы, — попаданка взяла потрясённого Юна за руку и направилась к выходу, таща его на буксире.

Пару провожали изумленные взгляды присутствующих и обиженный — метрдотеля, так и стоящего на коленях. Первым очнулся ханьфу-мэн.

— Постойте, госпожа! Почему Вы сделали такое замечание? Объяснитесь!

Бай Ниу повернулась к красавцу в белом и назидательным тоном изрекла:

— Иноземцам позволено не знать, каковы настоящие законы гостеприимства Великой Сун, они — варвары и довольствуются малым. Но нам, жителям просвещенной империи, независимо от статуса и достатка, известно, что гость — хозяин в доме, и к нему следует относиться с уважением и вниманием, а не держать на пороге, не удостоив даже взглядом! — Бай Ниу повысила голос, добавив в него нотки негодования. — Уважай человека, а не его одежду! И прекрасное золото рождается в глинистой земле! А здесь, я вижу, никому не ведома истина «На излишнюю вежливость не обижаются»! Поэтому мы уходим, а Вам, уважаемый хозяин, следует задуматься и о себе, и о работниках. Возможно, вовсе не происки «Трёх кабанов» причина Ваших проблем.

И она вновь потащила Юна на выход. И вновь была остановлена окриком молодого человека в белом.

— Постойте, госпожа, прошу Вас, не уходите! — и почти без паузы, — Су Тай, ты оштрафован на сумму месячного жалования, а следующий раз будешь уволен! И сейчас же извинись перед гостями и предоставь им лучший номер!

— А Вас и Вашего брата, госпожа, — красавчик сделал жест рукой в сторону лестницы, по которой он спустился в зал — я приглашаю в мой кабинет наверху, откуда открывается прекрасный вид на город и строящийся мост «Ба-цзы цяо» (мост Восьмерка). Он будет иметь форму иероглифа «восемь» и соединит три улицы с тремя каналами. Архитектор — мой друг, он планирует, что высота моста будет пять метров, а прогулочная площадка наверху и поручни выстроены из каменных глыб, — ханьфу-мэн не дал Ниу возможности отказаться, вежливо, но настойчиво подталкивая наверх и вовлекая в это движение молчащего как рыба Юна.

— Прошу Вас, позвольте мне доказать, что в моем заведении следуют законам гостеприимства, завещанного нашими предками. А дурные слуги есть в каждом доме, неправда ли? Забудем об этом недоразумении! В качестве извинения позвольте угостить Вас обедом, пока Ваш номер приведут в порядок. Прошу Вас, поднимайтесь!

Су Тай («очень большой»), мазнув злым взглядом по виновнице своего наказания, умчался куда-то внутрь таверны, поварята исчезли в кухне, носильщики продолжили работу по переноске вещей, а один из вошедших в зал иноземцев проводил ушедшую троицу задумчивым взглядом узких глаз.

Кабинет хозяина таверны был строгим, но уютным, как говориться, ничего лишнего: стеллаж с книгами и селадоновыми фигурками различных мифических животных (дракон был узнаваем), большой стол с чернильным прибором, бумаги на нем, стул с высокой спинкой, в углах — курильницы, испускающие приятный хвойный аромат, длинный лаконичный диван с подушками-валиками, стоящий у окна, и действительно великолепный вид на город и стройку легендарного моста «Восьмерка».