Книга Путешествие в Древний Китай, страница 40 – Лора Лей

— Юн-эр, я уже говорила, сначала мы должны укрепить наши тела регулярными физическими тренировками и питанием, одновременно осваивая приемы от простых к сложным, понимаешь? Вот прямо сейчас, сколько раз ты можешь отжаться? Не умеешь? Тогда ляг на живот, ноги выпрями и упрись пальцами в землю, руки согни в локтях и расположи ладонями вниз на уровне плеч, да, вот так. А теперь распрямляй руки вверх — вниз! Живот земли не касается, ноги прямые, вдох — поднялся, выдох — опустился, ясно? Начали!

Парень упал на четвертом подходе… Попаданка посмеялась — сама не лучше: руки тряслись от напряжения, живот — от смеха.

— А-Юн, норма для твоего возраста при занятиях боёвкой — не менее десяти отжиманий за один подход и на скорости. И это только жим лежа, а еще приседания, прыжки, растяжка и многое другое. У нас же не мышцы, а желе!

— Что же тогда?

— Мы начнем с тай-чи… — Бай Ниу встала в первоначальную стойку напротив Юна и сказала:

— Повторяй за мной, медленно, плавно… Следи за дыханием… Я показываю — ты смотришь и стараешься делать аналогично…

Занявшись гимнастикой, молодые люди потеряли счет времени. Бай Юн сбивался, злился, Ниу терпела и сожалела об отсутствии спортивного костюма. Когда в лесу стало темнеть, ребята опомнились и помчались в деревню.

В поместье они вернулись уже в темноте, за что получили нагоняй от тетушки Мэй: в гневе от страха за молодых господ она не сдержалась и отшлепала их обоих полотенцем, после чего опомнилась и долго извинялась и кланялась, пока Бай Юн не обнял её в порыве благодарности за беспокойство.

Бай Ниу хранила обещанное молчание и только глупо улыбалась. Поели они под присмотром кухарки прямо в кухне: рис, свинина в кисло-сладком соусе и фасолевые пирожные, специально приготовленные для них.

Поблагодарив умиротворенную кухарку за вкусный ужин, молодые господа поднялись в комнату Руо и начали колдовать над замком, поскольку ключ ими так и не был найден. Бай Юн сокрушался, что мало разговаривал с сестрой, поэтому ничего не знает о содержании шкафа и сундука, а Ниу подумала, что и сама предшественница едва ли это знала. На такую мысль ее натолкнул результат осмотра замка: его точно не открывали в последнее время — на замке виднелась пыль, в пазах — грязь, и вообще выглядел он очень старым.

Подобная гипотеза вполне имела право на существование, учитывая обстоятельства их насильственного переезда и его неожиданность, к тому же, в поместье Руо впала в депрессию, и навряд ли в таком состоянии ее интересовало содержимое сундука и шкафа.

Помучившись минут десять, Бай Ниу предложила Юну попросить у тетки Мэй иглу или тонкий крючок — ну, что-то из рукодельных принадлежностей. Парень метнулся вниз и через некоторое время вернулся с корзинкой для шитья, где и нашлась нужная вещица. Под светом масляной лампы (спасибо кухарке) Бай Ниу долго вертела старинный замок, до боли вглядывалась в прорези конструкции, и наконец, просунув иглу внутрь и повертев, подцепила язычок механизма… Та-да-да-дам!!

— Открыла! Ты его открыла! Это невероятно, сестра! — восторг так и выплескивался из парня. — Ты такая… Я не знаю! А что еще ты можешь?

Бай Ниу похлопала его по плечу:

— Я много чего могу, успокойся! Не разрушь легенду о моей глуповатости! Ну, что тут у нас — и, распахнув скрипнувшие дверцы, заглянула внутрь.