Книга Путешествие в Древний Китай, страница 191 – Лора Лей

— Есть страны, где женщины носят полностью закрывающие их темные одежды, даже глаз не видно! А есть такие, где для женщин не считается постыдным показать открытое лицо и грудь! Они поют красивые песни и танцуют веселые танцы в паре с мужчинами! — женщины Ма заахали и захихикали, смущаясь.

— Они другие, поймите! У них другие нравы и законы, не лучше и не хуже наших, говорила госпожа. Она находила язык со всеми, ее уважали караванщики, купцы, воины-норманы. Кстати, где мой кинжал?

Ма Тао бросился к кровати, где заметил подарок северян.

— Смотри, отец! Такого оружия у нас нет! Он остер и тверд! Госпожа называет этот сплав …почти сталью! Мне его подарили норманы-варяги, когда я завалил одного из них. Представляешь, отец, мужик в шесть с половиной чи ростом и медвежьими плечами, весь в татуировках, с кулаками, что дыня, был побежден мелким засранцем, то есть, мной! — Тао от души расхохотался, вспоминая лицо светловолосого богатыря в момент осознания поражения.

— А когда такого же перебросила через себя госпожа, они ржали, как кони, несколько часов! Они назвали ее валькирией, что значит по-ихнему небесная дева-воительница, и пожимали руки в знак уважения, а потом подарили нам по такому кинжалу. Они — воины у себя на Западе, очень могучие и суровые, но добрые и смешливые. Хорошие.

Ма Тао вздохнул и продолжил:

— Я научился управляться с верблюдом и плавать как рыба! А еще я заболел морем… — парень сел и мечтательно закатил глаза. — Госпожа так и сказала— заболел. Мама, я стану моряком! Вы не представляете, какое оно, море! Я видел синее и серое, черное и зеленое, будто нефрит, теплое, как остывающий чай, и холодное, как камень ночью! Когда ты на корабле, а вокруг на тысячи ли только волны и буревестники, пахнет солью и йодом — это... это непередаваемо великолепно! Ветер надувает паруса, и корабль летит по волнам, а ты чувствуешь себя великаном, которому покоряется стихия! Шторм — это и страшно, и так волнующе!

Ма Тао говорил, а родные не могли представить и половины того, о чем он рассказывал, и только видя одухотворенное лицо сына и брата, чувствовали, как по коже пробегают мурашки— так невероятно звучали его слова.

— Сын, вы прошли столько ли? Я не могу даже представить такое расстояние — пробормотал Ма Чен. — Жена, мне надо выпить.

Ма Джен хотела того же: от волнения пересохло в горле. Она смотрела на своего изменившегося, возмужавшего сына и не могла поверить, что все, что он говорит — правда. Но и не верить не могла! Да, её Тао-эр был непослушным, дерзким и мечтательным, но придумать такое? Нет, это должно быть, правда, тем более, с ним была госпожа, значит, просто врать сын бы не стал. Определенно!

Ма Чен не сомневался в рассказе сына, просто не мог представить то расстояние, какое назвал беглец. В голове никак не укладывалась цифра в сотни тысяч ли! И знание языков? И кинжал действительно необычный. Его сын победил великана? Нет, определенно надо выпить!

Сестры Ма вообще ни о чем не думали: они завидовали и ревновали брата к госпоже! Пока они тут тратят молодость за вышивкой и уборкой во дворе, ею восхищались великолепные мужчины и дарили ценные подарки! Это так несправедливо!

Семья Ма в эту ночь не спала из-за возбуждения и предвкушения продолжения рассказа Тао, и только виновник переполоха, удовлетворенный и расслабленный, храпел в бывшей комнате рабов на знакомой двухъярусной кровати. Он был дома.