Книга Путешествие в Древний Китай, страница 158 – Лора Лей

Фану-гунцзы очень понравился круг с маленькими стрелами. Поначалу он скептически отнесся к предупреждению однорукого раба, что игра не так проста, как кажется, и достичь выигрыша будет сложно. Досадно, но раб оказался прав! Фан Юйшенг прекрасно стрелял из лука, однако с маленькими дротиками облажался полностью! Попасть в мишень на расстоянии одного жень и чи (2.73 м) оказалось весьма затруднительно, а обратный подсчет, согласно начерченному кругу, вовсе вводил в ступор! Избавиться от трех сотен очков за несколько бросков не удалось никому. Дротики не долетали, втыкались в «молоко» или совсем не желали попадать по мишени! Гости возбудились, а Ливей посмеивался, предлагая сыграть в «лото». Мол, там будет спокойнее!

«Ха» два раза! С этими карточками и ставками степенные молодые люди дружно впали в неистовство! Уследить за выкриками старины Чжао, успеть закрыть названные квадраты, вовремя и быстро произнести непонятное слово «Бинго!», чтобы заявить о своей победе — это вообще не поддавалось контролю! Проиграв несколько серебряных, молодой господин Фан перестал считать себя удачливым, а компаньона Чжао — глупым, раз тот смог организовать такие развлечения.

Действительно, они провели время без выпивки и «цветочных леди», но сожалений по этому поводу никто не испытывал. Да еще и тело после водно-массажных процедур было ощущалось легким и гибким. Руки того слуги господин Фан запомнил.

«В следующий раз снова возьму именно его» — решил аристократ, да и в парилке надо посидеть подольше, уж очень хорошо расслабляет и избавляет от всяких мыслей… Кто бы мог подумать, а?

Новости об открывшемся необычном заведении разнеслись по городу в мгновение ока. Вот только посетить клуб удавалось не всем: система членства и довольно солидный первоначальный взнос ограничивал возможность попасть в него лишь по желанию. Тем более, что время, проводимое в его стенах, было лимитированным: всего пять дней из десяти и с полудня до второй половины Хай (час Кабана/Свиньи, 22–00). При этом, посетители могли заказать отдельно парилку и массаж, отдельно — игровые комнаты и еду или все сразу, оставаясь в клубе целый день.

Отличало заведение и строгая дисциплина, и требования к гигиене: никаких кожных и прочих заболеваний у гостей быть не должно! При малейшем сомнении прибывших отправляли обратно, с извинениями выплачивая неустойку. Любые скандалы, недовольство пресекались на корню, исключая возможность попасть в клуб снова. Только джентельменское поведение, только чистота тела и помыслов давало право на посещение весьма приятного местечка.

Подобные ограничения лишь подогревали интерес публики, как и предполагал Чжао Ливей, и даже поднятая им на волне ажиотажа до десяти таэлей цена не отвадила страждущих попробовать новинку. Для постоянных клиентов были введены скидки, бонусы и прочие необычные мелочи, что делало членство в «Ханьфу-мэне» еще более желанным и престижным. Название клуба, поначалу непонятное, скоро стало нарицательным: так стали называть молодых людей, отличавшихся интеллектом, элегантностью и маскулинностью.

Ниу и Ливей регулярно анализировали работу клуба, опрашивали слуг и посетителей, поэтому оперативно реагировали на возникающие проблемы и пожелания клиентов, если те не противоречили политике заведения. Так со временем график работы клуба претерпел изменения: утренние часы были отданы исключительно парилке и массажу, к которым Ниу добавила лечение акупунктурой, если находила это необходимым для некоторых клиентов, чем еще выше подняла популярность (и стоимость) спа-салона (так клуб между собой именовали сотрудники, с её легкой руки).