Онлайн книга «Путешествие в Древний Китай»
|
Температура воздуха в это время, по ощущениям Ниу, была в районе 25–27 градусов, воды — чуть ниже. В целом, довольно комфортное сочетание. Пользуясь уединением, Ниу раздевалась до чудных шортиков и лифа, пошитых Мо Лань, загоняла Юна в воду и учила плавать разными стилями, потом растирала льняным полотенцем и гнала бегом домой. Странности хозяев у слуг поместья уже не вызывали удивления, но и одобрения тоже, поэтому, когда после получения приглашения префекта Баи уехали, жители деревни вздохнули с облегчением. Ну их, этих малахольных господ! Без них спокойнее. * * * Получив письмо, брат и сестра Бай в город не торопились: пребывание в деревне помогало им восстановиться. Однако пренебрегать приглашением не стоило, и еще через десятину ребята вернулись в гостиницу. К этому времени сплетни о смерти наложницы уступили место другим новостям, и приезд семьи Бай никто не заметил. К префекту отправился Бай Юн в компании Гао Ронга как старшего — других взрослых у Баев не было. Благодаря связям дядьки Гао Бай Шан также получил сообщение о восстановлении прав наследования, но занятый по службе, смог только письмом выразить свою радость справедливым решением властей. Пройдя формальности вступления во владение родовым особняком, брат и сестра покинули гостиницу Чжао Ливея, чем расстроили его (привык он к ним), но обещали видеться часто, поскольку идея Ниу о клубе для мужчин прочно засела в мозгу бизнесмена. За последнее время он сумел выкупить два соседних двора, договориться с властями о перестройке территории с учетом планов увлекшегося канализацией и водопроводом архитектора Хэ Вантана, и теперь жаждал вплотную заняться набором массажистов и прочей обслуги, для чего ему была нужна Ниу. — Вей-даге, мне даже неловко, что моя идея стала для тебя таким наваждением — притворно огорчилась Ниу. — А вдруг не получиться, ты потеряешь деньги, и буду я демоницей в твоих глазах? Придется искать источник дохода и выплачивать тебе неустойку всю оставшуюся жизнь. — Такого не будет, я уверен — ханьфу-мэн, потягивая чай, покачал головой. — Я делец, Ниу, поэтому любую идею воплощаю после тщательных раздумий и подсчетов. Я готов рискнуть, но чем больше я рисую в голове все описанные тобой этапы расслабления и прочие занятия в клубе, тем больше растет моя уверенность в успехе этой затеи. И больше всего убеждает меня то, что ты предложила элитное членство. Знаешь, богатые аристократы, чиновники, а уж ученые, тем более — все заносчивые и завистливые засранцы: прикрываясь высокими словами о скромности и аскезе, на деле стремятся выделиться и получить то, чего нет у других. Поэтому закрытый клуб, куда может войти не каждый, станет для них элементом престижа, и плата за этот, как ты сказала, экс-клю-зив (что за слово ты придумала?) не станет препятствием. Инициативу в беседе перехватила попаданка: — А если, помимо отдыха, они получат возможность высказаться в неформальной обстановке, связанные соглашениями о конфиденциальности при условии лояльности любых речей императору и власти, то из обсуждений подкинутых нами тем, касающихся развития страны и общества, может родиться много интересных проектов. Думают-то все про себя, а в пылу споров рождается истина. Чжао Ливей, выслушав девушку, сначала удивился, а потом внезапно понял, что такое действительно возможно. Воображение нарисовало картинки диспутов на заданные темы, высказанные предложения и — опа! — новый проект типа водопровода на столе императора. Слава и уважение, награды и почет! Про крамольные идеи делец думать не хотел. Поживем — увидим. |