Книга Путешествие в Древний Китай, страница 115 – Лора Лей

Ниу не хотела никого убивать, хоть и заявила об этом решительно, но сказать и сделать — разные вещи. Нет, решимости избавиться от злодейки она не потеряла, но вот способ бескровного устранения наложницы никак не находила. В эффективность шантажа она никогда не верила, а в добровольный отказ Чунтао от имущества и дома Бай не верила категорически.

Бай Ниу, воспитанная на принципах гуманности, равноправия, главенства закона четко осознавала, что находится в мире, где правят иные реалии. Нет, в целом и тут привычные ей понятия работали, однако имелись ньюансы, с которыми следовало считаться. Например, устроить социальную смерть Чунтао посредством тех же слухов она сможет, но каким будет результат? Опозоренная в этом городе, Чунтао сбежит в другой, а без баз данных на каждого гражданина вычислить ее будет не так-то просто, а главное — кому это надо? И придется им с братом жить с мыслью о возможной мести с её стороны… А она последует, несомненно.

Чем больше Ниу размышляла, тем больше укреплялась во мнении, что судьба столкнула её с непримиримым противником, для которого в отношении неё самой и Юна есть только один исход — уничтожение, и это не фигура речи. Ниу была уверена, что Чунтао жестока и беспощадна, целеустремленна и бескомпромиссна, и это можно объяснить — она выживает. Объяснить, да, а вот понять — сложнее.

Иногда Ниу, представляя маленькую Чунтао, очень сочувствовала ребенку, которого наверняка презирали, над которым издевались или просто не любили… И девочка озлобилась, что не удивительно… А с другой стороны, чем была виновата перед наложницей юная Бай Руо, чтобы та угрозами и унижениями последовательно подводила падчерицу к суициду? Что за маниакальное упорство в причинении боли другим? Это психические или психологические проблемы так проявляются? Похоже на то, вот только лечение потенциального пациента здесь не организуешь…

Время шло, а план по разборкам с наложницей никак не вырисовывался… Нужен был толчок для идеи или действий, и он, естественно, был ею получен, только совсем не так и не тогда, когда Ниу к нему была готова. Впрочем, это в истории — обычное дело.

* * *

В один прекрасный день произошли несколько событий: радостное, напрягающее, тревожное и неприятное. С какого начать?

Радостным для брата с сестрой стало возвращение из столицы Тайры Хироюки, и только для Бай Юна — друга отца, дядьки Гао Ронга. Его появление для попаданки стало элементом тревожным и напрягающим, ведь мужчина знал прежнюю Руо, и ему легко будет заметить несоответствия в поведении девушки. Распространяться о себе более, чем в семье Бай (и то — под вопросом в отношении незнакомого пока Бай Шена), попаданка не собиралась, поэтому компаньона их отца справедливо опасалась. Но отказаться от встречи и знакомства с ним не могла, увы.

«Вся надежда на мое чертовское обаяние! — обреченно подумала Ниу. — Буду валить на изменение приоритетов после стресса с разрывом помолвки и все в таком духе. Надеюсь, прокатит».

Бай Юн заметил, что Ниу не выглядит довольной, и понял, что она боится Гао Ронга. За последние месяцы он-то привык к замене, сросся с ней, и теперь вдруг тоже испугался некогда любимого дядьку. Как тот воспримет новую Руо? Говорить ему о смерти родной сестры парень даже не помышлял, и про себя решил всячески поддерживать любую версию, которую выдаст другу отца пришелица.